Ой, переборщил чутка. Очирбат орёт, потому что на запястье у него теперь открытый перелом. Кость торчит из руки, порвав мышцы и кожу, кровь хлещет во все стороны.

Жанна бледнеет и отворачивается. Алиса только чуть морщится и на всякий случай достаёт из кобуры револьвер, оглядываясь по сторонам.

— Люсиль, будь добра, подлечи его.

— Без проблем, — альбиноска появляется рядом в человеческом облике.

Привыкла, я смотрю, к такому виду. В последнее время всё чаще появляется как человек, а не как пушистая зверушка.

— Я не зверушка, — бурчит она, начиная творить исцеляющее заклинание.

— Знаю, знаю. Ты лечи давай, мне с ним поболтать надо.

Люся останавливает кровотечение, вправляет кость и начинает было её сращивать. Я останавливаю процесс:

— Погоди, до конца не лечи. Эй, Очирбат! Ты там не задохнулся?

— Нет, Ярослав-гуай, — бормочет он в землю.

— Больно тебе?

— Конечно, больно! Не надо больше бить, Ярослав-гуай, прошу тебя.

— Переводить будешь?

Ослабляю хватку, позволяя проводнику как следует вдохнуть. Несколько мгновений он медлит, а потом говорит:

— Я сказал, что меч у вас с собой. И что мы возле маленького озера к западу от Баянхонгора. И что вы хотите здесь заночевать.

— Прекрасно. А кому ты это сказал?

— Человеку, который мне заплатил.

— Не беси меня, — добавив маны, щёлкаю пальцем по сломанному запястью.

Очирбат стонет сквозь зубы и быстро-быстро начинает говорить:

— Я не знаю, кто он! Высокий с длинными волосами, небритый. На щеке у него белый шрам.

— Бремзин! — тут же ахает Жанна.

— Кто бы сомневался, — усмехаюсь я. — Поздравляю, Очирбат, тебя подкупил один из самых опасных наёмников в мире. Рассказывай, что ты должен был сделать.

— Он сказал, что рыжий чародей с двумя или тремя женщинами будет ехать до Улан-Батора. Я должен был стать вашим проводником и каждый день сообщать, где мы находимся. Для этого он дал мне мобилет.

— И всё?

— И всё, клянусь!

— Он что-нибудь дал тебе, кроме мобилета?

— Деньги… Больше ничего.

— Понятно. Люсиль, будь добра, обследуй мобилет. Может, на нём висят какие-нибудь заклинания.

— Нет, — тщательно осмотрев аппарат, говорит Люся.

— Герцог молодец, предостерёгся. Ладно, Очирбат. Убивать я тебя не буду, но и лечить запястье тоже.

— Справедливо, Ярослав-гуай, — тут же соглашается монгол. — Прости, что подставил тебя.

— Да что ты, всё в порядке. Окажешь мне одну услугу?

— Всё, что угодно!

— Сейчас мы все поедим, ещё раз искупаемся и отдохнём. Ну, кроме тебя, конечно. После заката ты позвонишь и скажешь, что мы напились кумыса и легли спать. Понял?

— Понял!

— Алиса, свяжи его пока и закинь в дилижанс. Жанна, а ты слушай, что надо сделать.