Я объяснила ему, какие условия жизни в Центре размещения.

— Вот письмо, где я подробно перечисляю все, что необходимо для вашего ребенка. Дадите это письмо руководителю центра.

Когда консультация была закончена, мне вместе с Райаном предстояло вернуться в центр, но я была одна и без денег. Я позвонила Рашиду. Он предложил мне связаться со Службой экстренной медицинской помощи, и тут я вспомнила код доступа для ускоренного обслуживания. Самое время им воспользоваться.

Наша ночь была очень короткой. После двух часов сна Рашид разбудил меня, напомнив, что я должна передать письмо мадам Танги — сотруднице центра, с которой я уже разговаривала.

— Не думаю, Самия, что она позволит тебе провести здесь день.

— Я могла бы поговорить с каким-нибудь другим сотрудником центра?

— Есть месье Менар, но сегодня он не работает.

Дети в это время завтракали, кроме Райана, который отказывался есть и лежал в кресле.

Как только мадам Танги появилась, я протянула ей письмо от врача. Она лишь бегло просмотрела его.

— Об этом не может быть и речи! Если я позволю это вам, придется позволять и всем остальным. — С этими словами она налила себе кофе.

— Малыш очень болен. Он не может ходить по улицам до восьми вечера. У меня даже нет коляски, чтобы уложить его.

— Но у вас же есть одна.

— Это коляска младшего сына, — возразила я в полном изумлении.

— Выньте младенца и положите туда больного.

Сказав это, она вошла к себе в кабинет и закрыла дверь. Разговор окончен. Я колебалась, как мне поступить? Настаивать, рискуя разозлить ее, или ничего не делать, рискуя, что состояние Райана станет еще хуже? Я отправилась за советом к Рашиду. Он сказал, что не стоит беспокоить мадам Танги; уговорить ее — дело безнадежное.

Но материнский инстинкт одержал верх. Дважды постучав, я вошла в ее кабинет и принялась умолять:

— Пожалуйста, мадам Танги, одна из моих дочерей могла бы остаться с больным малышом, а все остальные уйдут до вечера. Только он и старшая сестра, я не прошу слишком многого. Сжальтесь…

— Нет, мадам, я не могу нарушать правила. Будьте добры, покиньте кабинет: мне нужно работать.

Я сделала все, что могла. Одев Райана как можно теплее, я положила его в коляску младшего брата. Мы с детьми нашли приют в поликлинике на углу. Персонал принял нас доброжелательно и с большим сочувствием. Никто не понимал, почему в Париже нам не смогли помочь как следует.

Около шестнадцати часов мы пошли всё в тот же «Макдоналдс», где младшие смогли поиграть на детской площадке. Взяв Райана на руки, я дала ему микстуру, которую ему прописали. Гладя сына по волосам, я говорила ему ласковые слова.