— Что вы, откуда нам? Илья разве что иллюзию вызовет, и ту слабенькую.

— Да я так, образно, — удивился Зырянов. — Я-то знаю, что чтобы изнаночную тварь призвать, надо на изнанке побывать. Хотя, конечно, на том видео на Призыв похоже и, вообще, удивительно, что Илья владеет иллюзиями такого высокого уровня…

— Это артефакт, — сообразил дядя. — На каком видео? Я, когда отдавал полицейским запись с регистратора, не давал согласие на ее размещение.

Да и не должно быть там двух тварей Изнанки — дядя уверял, что полиции досталась обрезанная версия.

— Не ваша. Кто-то издалека снимал. Видно там не очень хорошо. Вот и пишут ерунду всякую. Да и вообще, речь-то не о вас, а о Красильниковых. Говорить они могут что угодно, а что там на деле — кто знает? Может, и отвертелись бы, но не повезло, что сын князя свидетелем оказался. Глава рода и те, кто в машине были, под стражей. На меня уже адвокат их выходил. Предлагает дело миром решать.

— Мне не звонили… — задумчиво сказал дядя, все еще ошарашенный известием, что мой Призыв оказался увековечен на камеру.

— Они лично обрабатывают, — усмехнулся Григорий Савельевич. — На Шишкина тоже выходили. Тимофей Игнатьевич, кстати, темнит что-то. Явно знает больше, чем говорит, потому что готов пойти на мировую.

— Это Тимофей Игнатьевич? — недоверчиво переспросил дядя. — Да он за своих порвать готов.

— Вот и я говорю — непонятно все с этим нападением. Одно понятно — в ближайшее время Красильниковы будут тише воды сидеть. Так что Даша зря боялась ехать.

— Там тварь такая, что и я побоялся бы, если бы не необходимость, — заметил Олег. — Чудом вывернулись.

— Даша утверждала, что Илья справился бы. Она очень восторженно описывала битву. Эпическая, говорит, была. И сын князя только под конец вмешался, когда Илья почти добил.

Я усмехнулся. Дашке свойственно было преувеличение как в хорошую, так и в плохую сторону. Объективности от нее ждать не приходилось.

— Почти, да не совсем. Кто знает, что было бы, не вмешайся он. Я лично проверить не хотел бы, — честно признал я.

Зырянов хмыкнул и сказал, что благодарен мне больше, чем сыну князя. Как-никак, обязанность Шелагиных следить за безопасностью и порядком в княжестве. Еще он вручил нам огромнейший пакет с просьбой передать дочери. Олег, как увидел размер, сразу страдальчески сморщился: видно, прикидывать начал, за счет чего придется выделять место. Но сказал, что будут очень рады помочь. Мы распрощались, и, стоило сесть в машину, Олег скомандовал:

— Ищи что там за запись. Вот ведь… Все знают, кроме нас. Удивительно, что отец не в курсе. Кстати, может, как раз на него Красильниковы и выходили? А он пока раздумывает, как сообщить, что отступные получил за нас. И вот еще, Илья, если Шишкины согласились взять с Красильниковых отступные, это значит — на сто процентов уверены, что тварь была от других…