— В верейскую академию алхимии, а что?

— Куда? — на другом конце трубки послышалась явная растерянность. — С чего тебя вдруг на алхимию потянуло?

— Мы посоветовались с дядей, и я решил.

— После совета с дядей логично было бы пойти на археологию. Ты же химию не любил, я помню.

— Это я раньше не любил, а сейчас готовлю в экспедиции у дяди и прямо чувствую — мое это. Если могу приготовить суп, которым нельзя отравиться, то и зелье осилю.

Дашка не стала напоминать, что я хотел в военное училище, хотя наверняка подумала и перешла к сути разговора:

— То есть все равно в Верейск поедешь учиться, так?

— Так.

— Документы сам отвезешь или по почте отправишь?

— Планирую сам. И жилье заодно посмотреть.

— О, — обрадовалась Дашка. — То, что нужно. Я тоже собралась в Верейск, хочу поехать на своей «Ласточке», но папа против, чтобы я ехала одна. Поедешь со мной? С меня маленький презент.

— Даш, не раньше, чем тут закончатся раскопки. Это недели две.

— Может, меньше, — шепнул дядя. Не то чтобы он прислушивался к разговору, но я не скрывался, не считал его секретным.

— Но принципиально ты согласен? Мне нужно точно знать, чтобы с папой договориться.

— Принципиально — да.

— Тогда до встречи в Горинске, Пе-е-есцов, — насмешливо протянула она и отключилась.

Дядя отреагировал на ту часть разговора, которую слышал:

— Говоришь, нельзя отравиться? Привираешь Илюш. Я никогда так вкусно не ел. Даша звонила?

— Угу, предлагает с ней сгонять в Верейск. Она на своей машине собирается.

— Куда поступает?

— Я не спросил, но там без вариантов. Дашка с детства бредит камушками, причем не драгоценными. Ее хлебом не корми, только дай возможность что-то новенькое в коллекцию заполучить. Так что Горнодобывающий, уверен.

— Не слишком подходящая профессия для девушки.

— Думаешь, это ее смутит? Дашка, она такая, если хочет чего-то добиться, ее ничего не остановит.

— Она тебе нравится?

— Мы друзья, — уклончиво ответил я.

Странно было бы сейчас анализировать свое отношение к конкретной девушке, если часть чувств отключена. Вот когда блоки слетят, тогда и посмотрим, что там на самом деле.

Перед тем как приступить к чаю с блинчиками, дядя оглядел почти чистую поляну, над которой еще жужжали артефакты, но уже не все — часть скромно была припаркована по краям, и довольно сообщил:

— Еще полчаса — и черновой разбор будет завершен.

Начинать глубокие раскопки дядя решил с места, где был скелет владельца дома, поскольку там уже было значительная выемка в земле, от которой можно было двигаться в трех направлениях. Я только сейчас сообразил, что от скелета ничего не осталось, чуть было не указал на это дяде, но вовремя вспомнил, что ни одного скелета Древних не удалось сохранить, потому что стоит им оказаться вне среды, в которой они хранились, кости в течение суток рассыпаются в пыль. Поначалу их пытались как-то укреплять, но ни один метод не справлялся с последствиями Магической чумы, поэтому сделали вид, что сохранять и не собирались, отдавая тем самым дань уважения почившим магам. Развеивали, так сказать, прах по ветру.