Но когда Фарли пытается обернуться и снова посмотреть на меня, становится ясно, что она хочет получить ответ, почему я кажусь «сердитой». В моей голове проносится миллион мыслей о том, как я могла бы ответить, но все они звучат горько, и я полна решимости не быть таким человеком.

— Просто зависла, — бодро отвечаю я ей.

— Завис… что это за слово? — Фарли на мгновение замолкает, стараясь тщательно собраться с мыслями. — Как Элл-и? У тебя болит голова после того, что мы пережили?

Она спрашивает, травмирована ли я тем, что произошло? Очень мило с ее стороны беспокоиться. В последнее время мы через многое прошли, особенно мы, новые люди. Сначала нас похищают с Земли, а затем, вскоре после этого, нас тащат на Ледяную планету, кормят вшами и говорят, что это наш новый дом на веки вечные. Затем появляются плохие парни, снова берут нас всех в плен и близки к тому, чтобы продать нас обратно в рабство на межгалактическом черном рынке. Это очень сложно переварить.

По правде говоря, захват инопланетянами и почти похищение было страшным, но все закончилось хорошо. Мы все еще здесь, на Ледяной планете. На самом деле это было менее травматично, чем мой прошлый опыт. Никто не раздевал меня догола, не тыкал в меня пальцем и не проверял мои зубы. Никто не щипал меня за бока, не нюхал мои волосы и не лапал меня. Никто не отнимал у меня всего, что я когда-либо знала.

За исключением одного конкретного инцидента, на самом деле все прошло намного лучше, чем ожидалось, когда кто-то попадает в плен к работорговцам.

— Я в порядке, — говорю я ей. Я хочу спросить, все ли с ней в порядке, честно. Я думаю, что земные люди немного более пресыщены, чем ша-кхаи. У нас было телевидение, чтобы сделать нас немного более невосприимчивыми к таким вещам, как убийства, рабство и всякое отвратительное дерьмо. Фарли и ее люди другие, все они были счастливы и обнимались, и все складывалось хорошо. Как будто они живут в каком-то диснеевском фильме.

Если кто-то и был травмирован, так это они сами. С каждым днем мне становится все проще забыть о плохом дерьме. Много ли я плакала в самом начале? Да. Но все мои слезы высохли. Я думаю, это то, что они имеют в виду, когда говорят, что включается режим выживания. Наверное, если бы еще больше инопланетян приземлилось и напало, я бы даже не заплакала в этот момент. Я бы попыталась выяснить, что нужно, чтобы остаться в живых.

В конце концов, это все, что важно — дожить до следующего дня.

Раздается топот шагов по трапу, и я замираю, ожидая увидеть, кто появится внутри корабля. Но это всего лишь Рух, почти дикий мужчина Харлоу. Я бы улыбнулась ему в знак приветствия, но знаю, что он не улыбнется в ответ. Он был в ужасном настроении с тех пор, как случилось это дерьмо, — не то чтобы я его винила. И он, и Харлоу ужасно скучают по своему маленькому сыну. Я просто киваю ему в знак приветствия, а затем возвращаюсь к плетению волос Фарли, когда она ерзает на своем сиденье. Несмотря на то, что она грациозна и сильна, она довольно изворотлива.