И потом, конечно, есть груз. Пока не будет решено, что с этим делать — с ними, я полагаю, — мы останемся здесь, чтобы присматривать за происходящим.

Не самый мой любимый вариант, но в каюте, где я остановилась, есть водопровод, туалет и, о, нет Таушена, так что это победа.

Как будто наши мысли вызвали его, Таушен следующим входит в трюм космического корабля, поднимаясь по трапу. Конечно, это Таушен, потому что мне невероятно не везет, и, естественно, я столкнулась с ним, хотя предпочла бы никогда больше его не видеть.

Я наблюдаю за ним краем глаза, когда он неторопливо поднимается по трапу. В одной руке у него копье, в другой — труп прыгуна. Я решаю, что парень-инопланетянин не должен выглядеть так хорошо. Взмах хвостом не должен быть сексуальным. Рога не должны заставлять меня падать в обморок от того, как они изгибаются и завиваются вокруг его головы. Синяя кожа и выпуклые мышцы ничего не должны мне сделать. Меховая набедренная повязка должна быть глупой.

Глупо, — говорю тебе.

Особенно с учетом того, что я знаю, сколько всего он прячет под этим маленьким кусочком кожи. Тогда это вдвойне глупо. Ему нужно больше ткани.

И я должна сказать ему об этом, но это означало бы, что мне придется поговорить с ним, а я поклялась больше этого не делать. Поэтому я просто надменно фыркаю и притворяюсь, что очень-очень сильно сосредоточена на волосах Фарли.

Увидев нас, Таушен останавливается на верхней ступеньке трапа. Он кивает Фарли и бросает на меня холодный взгляд.

— Бу-Брук, — бормочет он, затем неторопливо проходит мимо.

О, вот придурок. Я очень хорошо знаю, что он знает, как правильно произносить мое имя. Он называл меня правильно, когда был по самые яйца во мне.

Но я полагаю, что это также моя вина, поскольку именно я соблазнила его.

Фарли шипит, вырываясь из моих рук.

— Ты сегодня делаешь из моей гривы очень тугой жгут.

Ой. Не слишком ли сильно я потянула?

— Прости. Я больше не буду отвлекаться. — Особенно учитывая, что Таушен все еще находится поблизости. Я не хочу, чтобы он это слышал. Я не хочу, чтобы он думал, что я зациклилась на нем хотя бы на одну горячую секунду. Я похлопываю Фарли по плечу и пытаюсь полностью забыть о Таушене и той ночи на корабле. Это ничего не значило, как я и сказала ему тогда.

Понятия не имею, почему он продолжает вести себя как придурок по этому поводу. Я почти уверена, что эти люди знакомы с концепцией «одноразовый секс». И я также почти уверена, что ситуация, в которой мы оказались, была очевидной и не подразумевала никаких обязательств. И секс был хорош. Действительно хорош.