— Так. Ребята, я понимаю, что веду себя неадекватно, — парень говорил, и сам чувствовал, что даже слова вылетают с совершенно неприличной скоростью. — Это может быть из-за… из-за груза?
— Не знаю, князь. Но хорошо, что ты сам это понимаешь.
— Понимаю, но удержаться не могу. Давайте я передам кому-нибудь эту штуку, — Валерка не называл камень по имени, на случай, если дивьи их слушают. — Если отпустит — значит, в нём дело. Но если не отпустит — звиняйте, я буду дальше упираться. Бороться с этим совершенно невозможно!
Камень принял Лёха — остальные отказались рисковать. Демьян сказал — если что, старлей вряд ли сможет им воспользоваться, даже если пожелает, так что и опасность минимальна. Птицын постоял с минуту, пытаясь оценить изменения в собственном состоянии. Лёха, к слову, тоже сосредоточился, чуть ли ни глаза закатил. Явно опасался, что ему передали шило в заднице, от которого у него сейчас тоже проснётся жажда деятельности. Тщетно. Валерка по-прежнему не мог оставаться на месте, и в то же время Лёха только плечами пожал: он, наоборот, с удовольствием бы посидел на камнях.
— Всё, не могу больше, — сдался проводник. — Пойду, разнесу тут всё вдребезги и пополам. Кто не спрятался — я не виноват!
Правда, вопреки собственным словам парень и не думал буянить по-настоящему. Просто снова пошёл по коридору. Медленно, крадучись, и очень сосредоточенно. Сам удивился, когда действительно заметил «склейку». В одном месте коридор был чем-то похож на неудачный кадр панорамы, снятой на телефон. Будто у неумелого фотографа слегка дёрнулась рука, и получилось наложение кадров.
— Вот! Вот эта часть кирпича повторяется! И от этого он получается чуть длиннее, чем другие. И даже смещён вверх на миллиметр! Так идти — не заметишь, а если присмотреться — видно. Вот она, склейка!
— Валера, а может не надо? — оказывается, друзья не остались на месте, а пошли вслед за Птицыным. Он и не заметил. — Мне почему-то в этом месте неуютно. Хочется поскорее пройти мимо!
— Нет уж! Ответственно заявляю, — Валерка поднял голову вверх, обращаясь к гипотетически наблюдающим за ним дивьим. Почему-то он был уверен, что за ними наблюдают: — Что считаю ограничение своей свободы без объяснений причин вопиющим нарушением моих прав. Утверждаю, что я вправе от этого ограничения избавиться, хотя и попал сюда незваным гостем, невольно!
Он ещё не знал, как будет действовать, но чувствовал: здесь, в месте склейки, только и можно выбраться из этого проклятого закольцованного коридора.
Глава 17 Происходит знакомство с дивьими