У душмана было овальное, обветренное лицо с рябыми от ранок полными губами и неровная борода. Выглядела она так, будто её неаккуратно обкорнали ножом.

— Меня зовут Шер, — молодой душман положил ладонь себе на грудь, — я пришёл с доброй волей.

Душман говорил с явным акцентом и странно выговаривал слова, путая ударения. Держался он при этом так уверенно, словно говорил на русском с рождения, причём лучше нас всех вместе взятых.

— Вон как щебечет, — шепнул мне Наливкин, — уверенный в себе малый. Пришёл сюда, как хозяин.

— Мы решили, наша драка окончена, — сказал «Аист», назвавшийся Шером, — мы не хотим больше драки. Мы хотим договор.

— Договор хочет, — скривился Наливкин, — а не завернуть бы ему…

— Тихо, товарищ капитан, — прервал его Шарипов, — давайте послушаем, что скажут.

Наливкин недовольно хмыкнул. Едва заметно отвернулся от особиста, бросив взгляд в какую-то одну ему известную точку.

— Не верю я им.

— Я тоже не верю, — сказал я, — но нужно послушать, чего они хотят. Возможно, мы сможем как-нибудь воспользоваться ситуацией.

— Как, Селихов? — спросил Наливкин.

Я хитровато глянул на капитана, ухмыльнулся:

— Будем импровизировать.

Шарипов тоже хмыкнул. Наливкин отвернулся и от меня, тихо что-то пробормотал себе под нос.

— Какой договор? — взял я инициативу на себя и, стоя по правую руку от Наливкина, выступил на полшага вперёд.

Шер смерил меня внимательным, оценивающим взглядом. А вот огромный душман посмотрел на меня иначе. Его до этого ленивый взгляд блеснул злобой.

— Я говорю с вашим старшим. Не с тобой, мальчик, — сказал Шер несколько пренебрежительно. — Ты не старший.

Офицеры за моей спиной не пошевелились. Оба они доверились мне после всего, что мы пережили вместе.

Шер явно ожидал, что кто-то из них ответит, выйдет вперёд и заставит меня отступить. Поведёт разговор с душманом сам.

Вместо этого ответил я:

— Ты говоришь со мной, или мы не говорим совсем, мальчик.

Шер хмыкнул. Глянул на гиганта.

— Шурави, не мальчик, нет. Шурави — воин, — с мерзкой иронией проговорил он.

— Ты можешь проверить, если захочешь, — холодно бросил я, глянув Шеру прямо в глаза.

Несколько мгновений мы буравили друг друга взглядами. Наконец, Шер не выдержал моего. Зрачки его дёрнулись в сторону. Взгляд обратился к гиганту, словно ища поддержки. Тот ответил, повернув к нему своё плоское, словно обух топора, лицо.

Шер скрыл свои эмоции добродушной на первый взгляд улыбкой.

— Кобул аст… Хорошо. Мы дадим вам уйти, — сказал Шер, — Вы заберёте своих людей. Возьмёте воду и еду. Возьмёте заложников…

Внезапно в его шакальих глазах забегали хитроватые искорки.