Судя по удивлённому возгласу, Миша, и правда, сумел найти что-то полезное. Но сейчас не до этого, Марию надо выручать.

Ноги меня слушались всё ещё плохо, но сдаваться я был не намерен. Своих я бросать не собираюсь. Поэтому я просто пошагал неверной походкой в ту сторону где скрылся Грон, опираясь на своё копьё будто на посох.

— Эй, Серёга… То есть, Пограничник, подожди! — крикнул мне в след Миша, но я даже не обернулся. Идти надо. Сначала Машу спасти, а потом ворота искать.

Стоило мне сделать пару шагов, как я услышал угрожающее шипение.

Я тут же замедлился, и взяв своё орудие наизготовку, принялся озираться по сторонам, в поисках источника звука.

Угроза обнаружилась почти сразу. Вздыбив перья на загривке, на меня наступала курица. Та самая, что была тотемом Алкаши.

Это что ещё за новости? Он же вроде с концами помер.

Курица ощерила клюв, и издав пронзительный клёкот, ринулась на меня. Из под её хвоста протянулся шлейф из пламени и дыма. Кстати, на мой взгляд, птица здорово подросла с последней нашей встречи. Но она всё равно оставалась лишь крицей.

Подгадав момент, я размахнулся и изо всех сил пнул феникса, отправив того в полёт.

Я, конечно, понимал что этого будет недостаточно, но всё же наивно надеялся, что животина отстанет. Немного устал от крови после бойни с кроликами. Да и Сатир с Хрендинантом погано умерли.

Курица приземлилась и кувырком прокатилась пару метров по траве.

Я увидел, как Миша метнул в птицу свой молот, но промазал.

Поднявшись на ноги, феникс снова издал яростный клёкот и ринулся в атаку. При этом он так ярко вспыхнул, что я всерьёз испугался того, что безумный петух и меня подпалит.

Снова подгадав момент, я выбросил вперёд копьё и насадил птицу на острие наконечника. Феникс зашипел раскрыв клюв, и уставился на меня красными от ненависти глазами. После этого он загорелся и я даже испугался, что он мне копьё сожжёт. Черенок-то деревянный.

Я хотел было снять птицу с копья, но жар исходящий от неё был так силён, что мне оставалось лишь просто стоять и смотреть на то, как курица самозажаривается.

Спустя пару секунд, феникс опал на землю пеплом, а я принялся оглядываться, ожидая нападения Алкаши, но красноносого нигде не было. Чертовщина какая-то. Я и так в загробном мире, так и здесь происходит всякая мистика.

— Это что, птица Алкаши? — подоспел ко мне Миша, который уже успел сбегать за своим молотом.

— Похоже, что да, — ответил я, не переставая контролировать окрестности.

— Так, он же того… — здоровяк помахал рукой в воздухе, изображая одному ему понятный жест.