— Согласен с Марией, — хмуро вставил Миша, а его птичка торжественно чирикнула, заняв место на плече здоровяка.

Хм. Мне эта ситуация по-прежнему кажется неправильной. Мы ведь выступили на стороне кролей. Да, они выглядят жутковато. Да и удавов жалко. Но мы плохо разобрались в ситуации. Не хотелось бы становиться перебежчиками, поддавшись эмоциям. Всё же кролики типа свои.

— Паша, а ты что думаешь? — посмотрел я на рыжего.

— Мне сложно о чём-то судить, — потерев виски произнёс парень. — Я точно знаю, что если вмешаюсь всё будет гораздо хуже.

— Гораздо хуже, чем что? спросил я.

— Я не знаю, — я только сейчас понял насколько бледным и уставшим выглядит рыжий. Он ещё не успел измениться, по крайней мере, лицо его оставалось прежним, разве, что кожа посерела, да тёмно-синие мешки под глазами проявились. — Мне приходит что-то, даже не образы, а ощущения… Я только потом понимаю что это означает, когда уже всё произошло.

— И что за… ощущения у тебя сейчас? — спросил я.

— Их много, — ответил Паша. — Но знаю, что если опишу их тебе, дальше всё будет гораздо хуже, чем если промолчу. Поэтому я сделаю так как решит большинство. — Почему-то он сделал упор на слове “большинство”. — Одно скажу, здесь ничего не бывает просто так, и каждый получает то что должен получить. В том числе и по заслугам. В общем, мы не зря оказались здесь.

Очень интересно.

— Короче, мужики… и леди конечно же, — сложил руки на груди Миша. — Я хочу помочь Теневику. Надо защитить удавов.

— Вы ведь понимаете, что это может затянуться, — привёл я последний аргумент. — Нам бы быстрее пройти все ворота, а мы уже второй день здесь.

— Мне домой не особо хочется, — хмуро произнесла Мария, — но даже если бы я и рвалась вернуться, думаю лучше поступить по совести, чем потом корить себя за подлость.

Да уж, её можно понять. Хотя Паша вроде тоже говорил, что ему домой не надо. Неприятно будет, если окажется, что я встал во главе совершенно незамотивированной команды. Надо бы ещё у Миши спросить, хочет ли он домой, но теперь что-то боязно.

— И что вы предлагаете? — спросил я. — Воевать с кролями? Я не уверен, что мы сможем пережить бой с ними. Чудес не бывает. Опять же, вспомните их главного, — я намеренно выдержал паузу, чтобы дать образу всплыть в памяти. — Вы уверены, что хотите бороться с тем медведем?

Если честно я лукавил. Я и сам уже принял решение, хоть и был твёрдо уверен, что оно неверное. К тому же и план у меня в голове уже созрел. Но я почему-то не мог даже для самого себя найти аргументы, способные заставить думать в ином направлении.