— Сам видишь, здесь не принято делиться добычей, — кивнул я в сторону обрушенного пути. — И остальные, кажется, не спешат идти в эту сторону.

— Разве тебе самому не интересно, что может быть в новой локации? — неожиданно поддержал меня Керн.

— Идём уж, — махнул рукой Рейн.

* * *

Ряды выцветших алых кресел. Свисающая с потолка рваная ткань. Прогнившие половицы.

Широкая дряхлая дверь с выбитыми стёклами в полукруглом окне над входом привела нас в подобие заброшенного театра. Или лекционной аудитории.

Место было светлым и продувалось со всех сторон. Настолько светлым, что Тия опять быласонной.

Я приготовил винтовку.

— Монстры или аномалия? — тихо спросил я.

— У вас есть сенсор? — спросил Керн.

— Друид, страж, шаман и алхимик, — ответил я. Наверное, стоило бы сразу обсудить роли в отряде. Но мы спешили, да и рогатый не особо интересовался до этого момента.

— Друид? — переспросил он. — Зачем тебе друид? Думаешь, земля будет нам с неба падать?

— Вообще-то я и есть этот друид, — ухмыльнулся я. — Вот только тебе не понравится то, что считают землёй мои растения.

— Арк, я не вижу здесь никаких монстров, — сонно произнесла Тия.

— Дерьмово…

— Все не любят аномалии, — сразу сообразив, что я имел ввиду, улыбнулся Керн.

— Не вижу тут ничего ценного. Может, просто пройдём мимо? — предложил Мерлин.

— Попробуем, — нехотя сказал я. — Но скорее всего дрянь сама на нас как-то отреагирует.

Мы медленно двинулись через ряды. Между сидениями было совсем немного места и приходилось протискиваться боком.

Больше всего опасений вызывала сцена. По законам жанра, вся нечисть должна быть за ней.

Вот только меня вполне устроит и просто дойти до другого входа.

С противоположной стороны была ещё одна такая же дверь. Чтобы дойти до неё, достаточно было пересечь сидения лишь с двух секций, разделённой проходом.

Здесь было что-то вроде перекрёстка. Я тоскливо посмотрел влево — там была узкая высокая дверь, с тёмным окном над ним.

Инстинктивно хотелось идти в сторону светлой двери, обманчиво ведущей к солнцу. Но игры с освещением были внутри Стены обычным делом. Первый зал тоже выглядел так, будто бы за его пределами яркое утро.

Справа же был спуск к сцене. Пустой, если не считать несколько перевёрнутых и разбитых кресел.

Ещё один шаг. Я пересёк разделявшую два сектора кресел тропу и шагнул к светлой двери.

В этот момент всё и началось.

Над рядами взвилось облако пыли. Послышался шум и протяжный стон.

По помещению пронёсся тёплый ветерок со стороны сцены.

Несколько кресел вокруг нас вдруг исказились, ощерившись рядом длинных острых клыков. Подлокотники стали короткими щупальцами, покрытыми зубами, а на спинках прорезались рты и потянулись длинные языки.