…

— Я вовсе не стращаю. Это для того, чтобы какие глупые мысли не возникли в головах моих… хм-м… партнеров.

…

— Ну да мы с вами друзья, но требовать более того, что я уже для вас сделал, никак не соответствует понятию «дружба».

…

— Полмиллиона? Да хоть десять или сто. Покойнику деньги ни к чему, к тому же, если этому Полубояринову удалось легко устранить подосланных вами профессионалов, парнишка не прост, далеко не прост. Не сомневаюсь, что он не задумываясь сдаст меня в лапы КГБ, как только заподозрит что-то неладное. А мне оно надо? Так что, до свидания, господин Коринфский-Золотов. Встретимся, как обычно в грядущий четверг за партийкой в преферанс. Вы мне еще не «проиграли» остаток своего долга… Хе-хе-хе!

Молодец Клэр. Я тут следственные мероприятия планирую проводить, круги заинтересованных лиц очерчиваю, а оно эвон как легко и просто получилось. Значит, мой недоброжелатель Василий Захарович Коринфский-Золотов.

— Цены тебе нет, подруга, — искренне похвалил Клариссу.

— Спасибо, босс, стараюсь быть полезной по мере своих скромных возможностей.

— Вот только не стоит прибедняться. Если сможешь, номерок абонента зафиксируй, чтобы когда потребуется вычислить его местоположение методами геолокации. Чувствую этот гад не успокоится пока не добьётся своего. Так что, как любил говаривать Полубояринов Анатолий Глебович: «Линкоры нужно плющить, пока они утюги».

— Логично, Ваше Сиятельство, — согласилась со мной нейросеть, от себя неожиданно добавила: — На закон надейся, а сам не плошай. К тому же, нет человека — нет проблемы.

— Здорово сказано, никогда до этого не слышал. — Но сообразив, что сморозил чепуху, поскольку более того, что хранится в моей голове Клэр знать не может, добавил: — Ну или забыл.

Моё общение с нейросетью прервал приятный голос Светланы Даниловны:

— Александр Николаевич, можете проследовать в кабинет. Дмитрий Афанасьевич вас ждет.

Войдя в апартаменты одного из высших чиновников Геральдической палаты, осмотрелся. Кабинет как кабинет, без ненужной помпезности, довольно скромно для чиновника такого ранга.

Господин Колчин оказался моложавым мужчиной высокого роста неопределенного возраста, подтянут, в отличной физической форме. При моем появлении расплылся в широкой располагающей улыбке и выйдя мне навстречу пожал руку. После чего предложил сесть на удобный мягкий стул. Сам же вернулся на свое законное место.

Если бы я не услышал его недавний разговор, мог бы принять все эти расшаркивания за чистую монету. Лицедей, однако, еще тот, ни в жизнь не подумаешь, что за маской достопочтенного гражданина скрывается форменный кусок собачьего дерьма. Ничего, я ведь тоже не лыком шит и отомстить сумею достойно. Но пока делаю вид, что рад встрече и ни о каких махинациях за моей спиной ни сном ни духом.