Тот факт, что столь высокодоходные производства находятся в ведении моего рода меня порадовал. Огорчило лишь то, что доходы от них практически целиком утекают в карманы каких-то Чарвинских, Золотовых, Хрусталевых и еще ряда семейств, разумеется с приставкой Коринфские.

Точно такой же беспредел наблюдается с богатыми разнообразными рудами осколками, в количестве полудюжины. По документам вроде как числятся родовой собственностью, при этом доходов в казну рода оттуда не поступает вот уж лет как двадцать. А то и больше.

Устойчивыми статьями дохода в казну графства на данный момент являются земля в окрестностях моего поместья и осколок среднего класса, используемый для производства сельхозпродукции и добычи ряда ценных биоресурсов. Земля под Павловым отдана на откуп местным фермерам. На осколке же еще отцом покойного некроманта организован приличный агрохолдинг, также отработана четкая система приема добычи у охотников на диких животных, заготовителей ценной древесины и собирателей прочих биоресурсов. Кое-что о общую клановую копилку поступает от мастерской, расположенной с подвале здания, но это крохи, поскольку артефакторы и алхимики, по большей части, трудятся на нужды моей дружины. На продажу уходит лишь мизерная часть произведенной продукции.

По словам Изольды Исааковны со стороны глав семей, входящих в состав рода Коринфских, предпринимались неоднократные попытки завладеть агрохолдингом и всеми прочими поступлениями с единственного осколка иной реальности, приносящими доход в родовую казну. Однако ей все-таки удалось убедить покойного лендлорда дать от ворот поворот жадным родственничкам.

— А что же с заводами? — Поинтересовался я. — Почему вы допустили переход этих активов, по сути, в чужие руки?

На что госпожа Беримец ответила с нескрываемым негодованием в голосе, при этом зло сверкнула своими синими глазищами:

— Видите ли, Ваша Милость, передача заводов, иже с ними иномирных владений случились еще до моего трудоустройства. Более того, я неоднократно доводила до сведения Альмансора Фаттаховича вопиющую несуразность сложившейся ситуации. Но так и не была услышана. И еще один момент, Ваше Сиятельство, помимо расходов на содержание имения, наемных работников и гвардии, по требованию покойного я вынуждена ежемесячно отчислять его многочисленным потомкам, ведущим праздный образ жизни, от двух до пяти тысяч рублей каждому.

— И сколько же это в общей сложности?

— Два миллиона.

Вот тут-то я обалдел окончательно. Зело любвеобилен был Коринфский-Квинта, но хуже всего, вельми чадолюбив. Наплодил многочисленных бастардов и взвалил на себя неподъемный груз ответственности. Вместо того, чтобы обеспечить приличным образованием, а затем и трудоустройством, содержал армию бесполезных прожигателей жизни.