Я возмутился, отправил Переверзеву новый видеоотчет и решил, что не готов терять время впустую. Поэтому влез в астронавигационный атлас этой системы, быстренько рассчитал вектор и длительность прыжка к ближайшей зоне перехода, плавно разогнал «Химеру» и увел на струну. Всю оставшуюся часть корабельной «среды» прыгал по «единичкам» и «двойкам», раскидывая «Кукушки» и создавая свою сеть оповещения о вторжениях. И, конечно же, мысленно повторял диагноз, озвученный куратором в ответе на мой доклад:

— Командующий Двадцаткой —адмирал мирного времени …

Да, в том же сообщении Владимир Михайлович твердо пообещал найти на него управу или опосредованно заменить на вояку порешительнее, но я был не слишком высокого мнения о кадровой службе ВКС, поэтому в половине второго ночи «четверга», вернувшись в обычное пространство «недалеко» от «шарика», почти не расстроился увиденному.

Нет, порядка трети кораблей флота тюрков уже превратилось в обломки, а половина оставшихся выглядела прилично потрепанными, но «Погранцы» как-то умудрились потерять два крейсера, корабль-матку, четыре фрегата и чуть ли не полтора десятка истребителей! Увы, Ярослав еще не сталкивался с таким бардаком, поэтому аж затрясся от бешенства и выдал фразу, с которой просто нельзя было не согласиться:

— Таких адмиралов надо отдавать под трибунал: эти бездари, командуя, уничтожают своих же подчиненных!

— Угу… — подтвердил я, попросил Феникса скомпоновать материалы под очередной видеоотчет, наговорил сопроводительный текст и вслушался еще в один правильный монолог старшины:

— О, черт: я только что сообразил, что даже если этого гада просто снимут с должности, то он возненавидит нас, то есть, экипаж единственного корабля, видевшего это позорище со стороны. И, вне всякого сомнения, приложит все силы для того, чтобы выяснить наши установочные данные!

— Тебя это пугает? — вроде как нейтрально поинтересовался я, а сам вывел в отдельное окно картинку с внутришлемной камеры Алексеева и уставился на его лицо.

Парень не разочаровал — вспыхнул от возмущения, отрицательно мотнул головой и, по моим ощущениям, сказал чистую правду:

— Нет, нисколько. Просто только что сообразил, что секретность может спасать не только от чужих, но и от своих!

— Вот-вот… — желчно подтвердил я, вспомнив Колесникова-старшего и Петра Витальевича Скобелева,

потом посмотрел на таймер, вывешенный через считанные минуты после создания «шарика», и переключил внимание своего второго номера на тему пожестче: — Кстати, о чужих: если тюрки сообщили командованию своих ВКС о создавшейся проблеме — а не сделать этого они не могли — и если оно послало им на помощь какой-нибудь флот,отправленный в наши системы , то ждать его появления осталось не так уж и долго. А я почти уверен, что эти клоуны завесили «Кукушками» только те зоны перехода, через которые в Индигирку можно «зайти» со стороны Каганата.