Пономаренко напрягся:

— А ведь Павлов будучи советником республиканского правительства Испании вполне мог быть завербован и троцкистами и немецкими агентами! Сергеев вскользь упомянул о возможности заговора советскими генералами, завербованными за время совместного обучения с немецкими офицерами еще в начале тридцатых!

— Действительно, регулярно советские военные делегации из высшего командования, те же Михаил Тухачевский, Иероним Уборевич, Иона Якир, Август Корк, Витовт Путна и другие участвовали в военных манёврах и учениях в Германии. Теперь понятно когда они решили играть на стороне врага! То есть Павлов готовит округ к сдаче немцам с возможной целью дискредитировать руководство страны, тем самым облегчив заговорщикам возможность провести переворот, обвинив во всем Хозяина!

Пономаренко мгновенно покрылся потом, представив как далеко может пойти расследование,начавшись с Павлова:

— А ведь у Павлова есть покровители в наркомате! Кто-то же готов покрывать его преступный замысел, иначе Павлов не действовал бы так нагло.

— Согласен! В тридцать шестом году командарм Первого ранга Уборевич, находясь в командировке в Испании, способствовал карьерному росту Павлова, в частности, принял решение поручить ему командование танковой бригадой. Затем карьеру Павлову стали активно продвигать новый нарком Семён Тимошенко и его заместитель Семён Буденный. Семена не позволит тронуть Хозяин, а вот Тимошенко… — Андреев опять прикрыл глаза, проводя мозговой штурм — А ведь Кулик также постоянно нахваливает Павлова. Они вместе работали в Испании и позже в наркомате обороны, где каждый руководил важным управлением: Кулик — артиллерийским, а Павлов — бронетанковым. По моим сведениям Троцкий тайно приезжал в Испанию и вполне мог встречаться со своими сторонниками из числа наших советников.

Пономаренко понизил голос — А если и маршал входит в число заговорщиков?

Андреев прищурился и прикусил губу:

— Почему его выдвинул Хозяин? Потому, что когда под Сталинградом, в первые дни революции шли бои с казаками, тогда Кулик командовал артиллерией. Но в это время в его подчинении были всего три пушки, и на это у него ума хватило, но, чтобы командовать всей артиллерией Советского Союза, для этого большого дела у него уже ума не хватает. Об этом еще товарищу Сталину сказал товарищ Хрущев. Он ему тогда ответил: «Нет, вы его не знаете, он храбрый человек». Мне постоянно идут жалобы на Кулика. Кулик — человек мало-организованный, много возомнивший о себе, считающий все свои действия непогрешимыми. Часто его сотрудникам трудно понять, чего он хочет, чего добивается. Лучшим методом своей работы он считает держать в страхе подчиненных. Любимым его изречением при постановке задач и указаний было: «Тюрьма или ордена». С утра обычно вызывает к себе множество исполнителей, очень туманно ставит задачи, и угрожающе спросив «понятно?», приказывает покинуть кабинет'. Подчиненные, прослушав путанные указания Кулика, почтительно козыряют, затем идут к Воронову или Савченко, и те пытаются как-то перевести указания на русский язык. Я до поры решил Кулика не трогать, но в свете возможности приближения войны этот маршал опасен на своем посту. Так что пожалуй, его придется пристегнуть к провалу Павлова и его возможному заговору против Хозяина вместе с Тимошенко. А вот Чуйкова я посоветую назначить первым заместителем Рокоссовского. — выпив Боржоми, Андреев медленно произнес: