Во-первых, кровь должна была быть отдана абсолютно добровольно. Даже находясь в плену и подвергаясь пыткам, желающий отдать свою кровь ящер подсознательно всё равно знал, что его заставляют, от чего красная жидкость становилась мощнейшим ядом.
И словно этого мало, лишь несколько ящерообразных рас могли пить драконью кровь и иметь хоть сколько-то приличные шансы на выживание. У людей же и эльфов шанс выжить после принятия крови равнялся где-то один к десяти.
Мориц считал, что ему, как любимцу Хемины, этого более чем достаточно. Мало того, что кровь молодого ящера была намного слабее, что увеличивало шансы, так и ему требовалось не так уж и много, лишь, чтобы исцелить свою проклятую руку.
Однако оставался вопрос, как сделать так, чтобы дракон счёл нужным дать ему свою кровь? Всё очень просто — Мориц решил стать самым ценным, нужным и незаменимым прислужником из всех.
Надо ли говорить, что это оказалось куда труднее, чем могло бы показаться? Кто бы мог подумать, что проклятый кобольд умудрится его обойти!
Мориц чуть не лопнул от гнева, когда в один из дней узнал, что Асириус первым получил благословение! Но успокоившись, сержант резко осознал, что где кровь получил один прислужник, то там может быть и второй!
Если раньше сержант лишь надеялся, то теперь он был полон решимости во что бы то ни стало стать неотъемлемой частью свиты красного дракона, а заодно вернуть себе молодость и руку.
Больше всего Мориц боялся, что их повелитель по малолетству совершит какую-нибудь глупость и бросит их всех прямо на пики какой-нибудь баронской свиты.
Но чего бывший легионер уж точно не ожидал, так это того, как Аргалор поставит всем известное дело по «продаже мечей» на новый лад.
Глава 20
За свою бытность сержантом Мориц навидался просто невероятное количество тупорылого начальства.
Хоть в Священной центральной империи и хватало угроз, вроде бесконечно плодящихся монстров в лесах, время от времени лезущей из-под земли Чумы и вторжений различных иномирных грабителей и работорговцев, у аристократов всегда был переизбыток в лишних сыновьях.
Не умея держать свой «уд» в узде, они бесконечно клепали сыновей и бастардов, большая часть из которых совершенно не имела ничего за своей спиной.
По традиции аристократии империи первый сын наследовал титул и состояние своего отца, в то время как второй сын шел в священники или ученые, когда же третий и последующие сыновья в лучшем случае получали доспех, оружие, коня, пару слуг и должны были стать безземельными рыцарями.
В последнем случае у молодых людей было сразу несколько различных выборов будущей жизни, но лишь несколько из них являлись хоть сколько-то удачными с точки зрения благородий.