Она дёргалась, пытаясь вырваться, но стражники держали крепко. Её взгляд упал на меня. В нём плескалась ненависть. Чистая, концентрированная. — Это всё твоя вина! — прошипела она. — Ты всё разрушила! Всё! Я должна была стать леди Тэрон! Это было моё! МОЁ! — Заткнись, — холодно бросил командир. Он посмотрел на Кайдена. — Мы задержали её на выходе из поместья. Пыталась сесть на лошадь и бежать. Что с ней делать? Кайден медленно поднялся. Он всё ещё держал меня за руку, не отпуская. — Отвезите её в Зимний Дворец, — его голос был ровным, почти безразличным. — Передайте императору. Пусть он сам решит её судьбу. Обвинения: покушение на жизнь леди Тэрон, покушение на наследника дома Тэрон, государственная измена. Командир кивнул. — Нет! — закричала Агнес. — НЕТ! Это несправедливо! Она... она украла у меня всё! Она... Один из стражников ударил её рукоятью меча по затылку. Не сильно, но достаточно, чтобы она замолчала и согнулась от боли. — Уведите её, — приказал командир. Агнес поволокли наверх. Её крики постепенно стихали. Командир повернулся к телу Фаре. — А этот? — Мёртв, — коротко ответил Кайден. — Лорд Фаре. Связан с горным кланом, проверить весь род. Командир кивнул и отдал приказы. Несколько стражников подошли к телу Фаре, подняли его и понесли наверх. Потом командир посмотрел на Аниту. — А эта девушка? — Жива, — Кайден шагнул к ней. — Едва, но жива. Я поместил её в стазис. — Главный имперский лекарь находится во дворце, — быстро ответил командир. — Мы можем доставить её к нему за полчаса. — Тогда делайте это. Сейчас. — Кайден посмотрел на него. Командир побледнел и кивнул. — Будет исполнено, милорд. Он махнул рукой, и четверо стражников осторожно подняли тело Аниты. Голубоватое свечение не погасло. Они понесли её наверх, двигаясь медленно, бережно. Я смотрела, как её уносят, и молилась всем богам, каких знала. «Пожалуйста. Пусть она выживет. Пожалуйста.» Командир повернулся к нам. — Лорд Тэрон. Вам нужна помощь? Носилки? Лекарь? Кайден посмотрел на меня. Я попыталась встать, но ноги тут же подогнулись. Он не стал ничего говорить. Он просто подхватил меня на руки — легко, словно я ничего не весила. Я обняла его за шею, уткнувшись лицом в его плечо, вдыхая его запах. 37 Я прикрыла глаза, откинувшись на мягкие подушки дивана, и положила ладони на живот. Он был уже большим, круглым, и малыш внутри лениво попинывался, словно нежась в полуденном тепле. Солнечный свет заливал комнату. Не ту мрачную, похожую на крепость спальню, куда меня поселили вначале, и не роскошные