лорда Тэрона в Малой Приёмной через час. Кайден кивнул, и управляющий, кланяясь, вышел, плавно закрыв за собой дверь. Тишина обрушилась на нас, тяжёлая и давящая. Анита всё ещё стояла у порога, зажав руки в кулачки и не решаясь войти дальше. Её взгляд метался по комнате, не зная, на чём остановиться. — Анита, — позвала я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно. — Разберёшь, пожалуйста, вещи? Мне нужно… просто посидеть минутку. — Да, миледи! Конечно, миледи! — Она встрепенулась и заторопилась к небольшим сундукам, которые слуги уже аккуратно поставили у стены спальни. Я тяжело опустилась в одно из кресел у камина. Ноги гудели, спина ныла, а голова слегка кружилась. Беременность давала о себе знать с каждым днём всё сильнее. Кайден подошёл ко мне, присел на корточки и взял мою руку в свои. — Как ты? — его янтарные глаза внимательно изучали моё лицо. — Устала, — честно призналась я. — Но ничего. Переживу. Он поднёс мою руку к губам и коснулся её лёгким поцелуем. — Отдохни. Я вернусь как можно скорее. — Его взгляд потемнел. — Император… он захочет поговорить о многом. О границах. О кланах. О… — он бросил короткий взгляд на мой живот, — о наследнике. Холодок пробежал по спине. — Он знает? — Все знают, — сухо сказал Кайден. — Слухи разлетаются быстрее драконов. И это хорошо. Пусть знают. Пусть видят, что род Тэрон не угаснет. Он поднялся, поправил камзол и мантию. Его лицо стало непроницаемой маской — лордом, воином, политиком. Тем, кем он был для всех остальных. Но прежде чем выйти, он обернулся и ещё раз посмотрел на меня. — Никуда не уходи без охраны. Дворец большой, и здесь много тех, кому выгодно… создать проблемы. Обещай мне. — Обещаю, — кивнула я. Он вышел, и тяжёлая дверь закрылась за ним с глухим щелчком. Я осталась одна. Точнее, не одна — Анита что-то тихо напевала себе под нос, аккуратно развешивая мои платья в огромном резном шкафу в спальне. Её присутствие успокаивало. Я откинулась на спинку кресла и закрыла глаза, пытаясь унять колотящееся сердце. Три дня. Всего три дня здесь, в этом мраморном великолепии, полном чужих глаз, острых языков и невысказанных угроз. Три дня держаться, не сломаться, не показать слабости. «Я справлюсь, — сказала я себе. — Я должна справиться. Ради ребёнка. Ради Кайдена. Ради себя.» Внезапно перед моими закрытыми глазами мелькнул знакомый алый отблеск. Я открыла глаза. Ворчун. Мленький огненный дракончик парил в воздухе прямо перед моим лицом, яростно махая полупрозрачными крылышками. Его глазки-угольки горели возбуждением,