— Доброе утро. Садись завтракать, — поцеловала его, стряхнула с его волос влагу после душа. — Ты поздно проснулся. Не опоздаешь на работу?
— Могу себе позволить. К счастью, мне не придется писать объяснительные за опоздания и платить штрафы, — фыркнул Марат.
Я суетилась у плиты с тарелками и посматривала на Алису, копошащуюся с игрушками на постеленном на полу пледе. Такое приятное чувство — заботиться о любимом мужчине, и представлять, что когда-нибудь настанет тот момент, когда нас будет не двое, а трое. Или больше. Я бы хотела трое деток, хотя вряд ли получится с моим диагнозом.
— А ты когда-нибудь был обычным подчиненным? — поставила перед Маратом тарелку, и опустилась напротив него со своим завтраком.
— А ты как думаешь?
— Не могу представить тебя работающим на кого-то. Отчитывающимся перед начальством, и… ну все такое, — скомкано ответила я.
Правда — не могу. Вот для меня самой это органично, я стажировалась в рекламном агентстве, и вполне спокойно реагировала на команды, на окрики и редкие похвалы. Но представить, чтобы Марата чихвостили на планерке — на это моей фантазии не хватает.
— Разумеется, я работал «на кого-то», Алика. Я не из богатой семьи, мы не нищенствовали, но отец с матерью решили родить слишком много детей, потому денег вечно не хватало. И донашивали друг за другом одежду с обувью, жили впятером плюс родители в двух смежных комнатах… все это было. Егор и я рано начали работать, как самые старшие, а там и родителей не стало. Потому я очень долго работал не на себя. Да и работ у меня было несколько, сначала офис до шести, а потом вторая работа. И так долгие годы.
— Ужас.
— Ничего ужасного, — усмехнулся Марат. — Если бы не впахивал, и не получал опыт, то не стал бы в итоге тем, кем стал. И насчет работы — я дождусь с тобой Макса, вернем ему Алису, и тогда уже на работу поеду.
С грустью взглянула на малышку — совсем скоро за ней приедет Максим, и… это, наверное, хорошо. Она соскучилась по нему, да и с меня ответственность за чужого ребенка спадет. Но я бы с радостью эту лапу у себя оставила.
— Ну, раз уж ты пока дома, может опять в сквер? Как раз утро, воздух свежий. Пойдем, — я сложила ладони как в молитве.
Переигрываю. Однозначно, переигрываю, но Марат кивнул.
— Позавтракаем, и пойдем.
С завтраком я разделалась быстро, подхватила Алису и пошла с ней наверх.
— Давай ее мне. Тяжелая, — Марат взял из моих рук ребенка, а я попыталась скрыть довольную улыбку.
Вроде и строит из себя чайлдфри, но я-то вижу, что он любит Лису. И когда она ночью истерику устроила, Марат не злился. Встала, конечно, на детский крик именно я, но и он потом подключился. В сквер с нами ходит, правда с Алисой особо не играет, но и то что есть — уже неплохо. Я ожидала гораздо меньшего.