— Есть, — ответил за меня Марат.
— Я хотела еще раз вас поблагодарить. Так растеряна была по приезду, и бабушка, похороны… совсем забыла про вас, — смутилась я, вспомнив свое хамство.
Дмитрий Константинович мне и с квартирой помог, и настоящие документы восстановил, и легализовал меня. Понятно, что при его возможностях это было сделать не так уж сложно, но я просто сказала ему спасибо, и всё. А ведь могла бы приехать, хоть какой-нибудь коньяк или шампанское в подарок привезти.
Шампанское… зачем я вспомнила?! Меня точно сейчас стошнит. Ну и гадкий привкус, тьфу. Я глубоко вдохнула, пытаясь прогнать дурноту, и поняла, что прослушала половину из сказанного Игнатовым.
— … так что лучшая благодарность — то, что у тебя все хорошо. Володя так и не объявился?
— Нет, — покачала головой, и сглотнула вязкую слюну. — Марат, куда поставить бокал? Я не буду шампанское, мне бы сок.
Марат забрал мой бокал, подозвал и подозвал официанта.
— У меня до сих пор есть связи в органах, могу подключить для поисков Володи. Сын мой с твоим отцом служил в одном отделе, Вова часто его выручал, теперь моя очередь, девочка, — тепло произнес Дмитрий Константинович.
Марат дернулся. Я почувствовала, как он сжал в кулак ладонь, которой придерживал меня за талию.
— Спасибо. Мне уже помогают, но… наверное, лишним не будет, да? — взглянула на Марата.
Он взял у официанта сок, и протянул мне. А себе взял виски.
— Так что, Марат, нужна моя помощь? Хотя, у тебя тоже связи неплохие. Слышал, что твой брат при погонах. Егор?
— Руслан. И помощь не нужна. Но за то, что Алике помог — спасибо. Приятного вечера, — бросил Марат, взял меня за руку, и повел от Дмитрия Константиновича.
— Алика, если нужна будет помощь, любая помощь, мой телефон ты знаешь, — донеслось до меня.
Глава 39
Едем домой. Тишина снова давит, и бесит.
— Марат, ты опять за свое.
— За что?
Даже не посмотрел на меня.
— Молчишь и злишься. Что случилось?
— Ничего.
— Я тебя сейчас ударю, — выпалила я вслух то, о чем думала.
Он бросил на меня удивленный взгляд. Не поверил, а зря. Я могу и ударить. Не когда Марат машину ведет, конечно, а дома. Вполне могу. Но лучше без рукоприкладства, конечно.
В начале вечера все было отлично. Мне несколько испортило настроение шампанское, во рту до сих пор горчит. Но Марат был нормальный — разговаривал со мной, даже улыбался. А после разговора с Дмитрием Константиновичем пришел в привычное и нелюбимое мной мрачное состояние.
Или это раньше произошло, а я и не заметила?
— Что случилось? Может расскажешь?
— Ничего.
— Это из-за ваших переглядок с Юрием? Или из-за Дмитрия Константиновича?