— Ммм, вижу, что соскучилась, — Марат повалил меня на кровать. — Волосы влажные…
— Я в душе была. Утром. И заснула, — смутилась, и сбросила полотенце с кровати.
В волосах, наверное, жуткий бардак. Заснула-то я с полотенцем на голове. Полнейший антисекс.
— Надеюсь, не только волосы влажные? Скучал по тебе, девочка моя. Не представляешь себе, как сильно я по тебе скучал, — глухо шепчет Марат, спускаясь жалящими поцелуями по моей шее ниже, задирая при этом шелковый топ.
При виде моей груди он подвис.
— Охренеть. У тебя соски карамельные. И грудь… у меня галлюцинации от перелета, или она выросла?
Еще один невнимательный. Я тоже только недавно заметила. Тихо рассмеялась, и прижала голову Марата к своей груди. Пусть целует дальше. А разговор… он будет. Мне бы только смелости набраться. Еще самую капельку.
Глава 50
Стою в ванной, и задыхаюсь. От Марата я сбежала, даже дверь закрыла, чтобы не зашел за мной, и не продолжил. Это не секс, а безумие. Поначалу, как только я научилась получать оргазмы, Марат тратил много времени, чтобы меня настроить. Я видела, что ему хотелось просто нагнуть меня, и получить свое удовольствие, но он старался. Ласкал меня — пальцами, языком… везде ласкал. И в сексе, когда проникает, он часто меняет угол, трется пахом о мой клитор.
Да, Марат старался. И перестарался. Теперь мне не нужны прелюдии. Тело настроилось на него. Едва только вижу Марата, знаю уже, какое удовольствие меня ждет. И увлажняюсь. Иногда стыдно, до чего я мокрая, а он ведь проверяет, перед тем как войти. И радуется как мальчишка, втирая в нас обоих мою влагу.
Боже…
Сегодня он был нежен. Я сама попросила. Нельзя вредить малышу, первый триместр самый сложный, и ребенок важнее секса. Оргазмы я получила, но чего-то мне не хватило. И от этого чего-то я спряталась в ванной.
Меня просто плющит, иного слова не подберу.
Стою, смотрю на свое отражение. Я выгляжу оттраханной. Засосов нет, но губы красные, волосы взлохмачены. Я вылизана, и оттрахана несколько раз. И это выдают именно мои глаза, в которых все еще голод. А ведь между ног уже все болит.
Безумие какое-то!
Нужно сказать Марату. Долго тянуть нельзя, этим я ничего не добьюсь. Никакой нет разницы — сейчас сказать, или через неделю. Речь я подготовила, вызубрила, даже у зеркала репетировала.
Полезла в несессер, достала тест из кармашка. Все же, я сделала еще один, на котором виден срок. Те месячные, что были у меня, оказались сплошным обманом. Залетела я практически сразу, и это чудо.
Сейчас я возьму тест, выйду, и сообщу Марату. Он поорет на меня за обман, побесится, и примет. Потом научится любить ребенка. Меня же он любит… наверное. Вот только не отпускает то, почему Марат не хотел связываться по видео. Но я не думаю, что изменял. Может, настроения не было, всякое бывает.