войны. – Для нас Ракс открыто выступили посредниками в примирении, – сказал Уолр. – И все же! Вы же знаете ту удивительную последовательность случайностей, которая помогла примирению. Уолр продолжал улыбаться, но Матиасу показалось, что крот разозлился. – Доказательств, конечно, нет, – продолжал Двести шесть – пять. – Но исходя из того, как вели себя Первая-вовне и Третья-вовне, подобные ситуации для них не внове. – Но ситуация на Неваре спровоцирована не ими, – сказал Бэзил. И с беспокойством уточнил: – Ведь верно? – Верно для Первой и Третьей, – согласился Двести шесть – пять. – Но едино ли их общество? Уолр неохотно развел руками. Люди промолчали. – Так что мы можем лишь возблагодарить судьбу за то, что живы и, надеюсь, вернулись в более мирную Вселенную, – сказал Двести шесть – пять. – Для меня она чужая, но я не испытываю сильных переживаний – мы с Толлой вполне самодостаточны, мои детеныши растут в хорошем приюте, а их родительницу я давно собирался выгнать. Даже интересно посмотреть на другую версию моей судьбы! Мэйли осталась невозмутимой, а вот Бэзил посмотрел на Двести шесть – пять с возмущением и осуждением: – Вы крайне непочтительны к матери своих детей. – О, не переживайте, – отмахнулся Феол. – Она третий год этого требует. Видите ли, ее лучшая часть в конфликте с моей лучшей частью. Он прошелся по кают-компании. Вздохнул: – Семейная жизнь – самое сложное испытание для любого существа с половым размножением. * * * Валентин зашел в свою каюту. Постоял, глядя на картину на переборке – там как раз сменяли друг друга пейзажи. Русские поля уступили место африканской пустыне. – Ох и влипли же мы, – сказал Валентин самому себе. До возвращения в систему Невара оставалось три часа. Выполнила ли Прима свое обещание? Уничтожила злополучный метеорит и вернула Вселенную в исходное состояние? Или это не помогло? Или она передумала – и сейчас ждет возвращения корабля, чтобы атаковать его или стереть вместе с неправильным миром вокруг? Все это станет понятно, только когда они вернутся в систему. Наверное, надо сделать усилие и отдохнуть. Можно выпить рюмку коньяка. А лучше – специальную таблетку для таких случаев. Быстрое засыпание, два часа крепкого сна и легкий подъем. А можно и коньяка, и таблетку. Соколовский уверял, что это допустимо. Но вначале Валентин хотел сделать кое-что другое. Вооружившись перочинным ножом (швейцарский нож, специальная серия «Космос», бесплатно раздариваемая космонавтам и в чудовищных количествах продаваемая мальчишкам всех возрастов