— Чёрт! — выругался Роман Романович и прислушался к городу.
Вот только… ничего не услышал. Минуту назад вся эта чёртова канонада разом прекратилась. Все взрывы и крики разом смолкли, после чего мёртвый город погрузился в тишину. Ладно… нужно просто повернуться на сто восемьдесят, идти и орать что есть мочи.
Если победили наши, значит его найдут.
А если победили не наши, то его найдут тем более; и будь что будет.
— Гхм-кхм, — прокашлялся в кулак Апраксин-Старший, развернулся и пошагал в обратном направлении: — Я-я-ярик! Ли-и-и-иза! Лё-ё-ёх-а!
— Хи-хи, — раздалось откуда-то сбоку.
Звонкий и девичий, но нет… не смех. Именно что хихиканье.
Роман Романович замер. И краем глаза-таки успел выхватить силуэт той самой девушки, что привиделась ему несколько секунд тому назад.
— Ты кто⁉ — крикнул он на всякий случай.
И тут вновь:
— Хи-хи, — но уже с другой стороны.
И вновь взгляд выхватил среди разрухи чьи-то голые, скачущие на бегу перси. Вот только уже другие.
После возвращения жены Роман Романович стал примерным семьянином и верным мужем; это вообще не обсуждалось. Как не обсуждалось и то, что если мужичку за пятьдесят на добровольной основе вдруг перепадёт свежей молодой девчатины, то надо брать. И подруга жизни с таким стажем, как у Ольги, — был уверен Апраксин-Старший, — может а таком случае лишь порадоваться за своего друга жизни. Ну а ежели речь идёт о том, чтобы просто попялиться, так тут и обсуждать нечего.
Но!
Сейчас Роман Романович почему-то не думал обо всяком таком. Сейчас от всей этой ситуации Роману Романовичу стало страшно. Он вдруг почувствовал себя каким-то маленьким пушным зверьком, на которого открыли сезон охоты.
— Хи-хи, — справа.
— Хи-хи, — слева.
— Да ну вас нахер! — крикнул Роман Романович и втопил с места что было мочи.
Да только было уже поздно.
За спиной Романа Романовича мерно застучал барабан, в впереди, отрезая дальнейший путь, через всю улицу натянулась паутина верёвок.
— Хи-хи.
Девушки с голой грудью появились буквально отовсюду. Они выходили из брошенных домов и вылезали из пустых глазниц оконных проёмов. Некоторые смотрели на Романа Романовича с крыш домов. А некоторые… некоторые вдобавок к этому смотрели на Романа Романовича поверх взведённой тетивы.
— Хи-хи…
Глава 14 Про пропущенный кусочек истории, который ближе к развязке обязательно сыграет свою роль, но не сейчас, сейчас Роман Романович хочет, чтобы о произошедшем не знала ни одна живая душа
На улице уже совсем стемнело, а батя так и не нашёлся.
И ведь… повторюсь — я чуял. И ведь была у меня задумка на всякий случай окольцевать его волосатую лапку каким-нибудь жучком, как голубя. Ну или выдать Выручая; он сейчас как раз без дела мается, ходит, добрых людей своими воплями раздражает.