— Да отдыхайте, отдыхайте, — великодушно махнул он рукой. — Герои-то — это я. Ко мне они придут, я ж на телевидении выступал. А вы трудитесь спокойно, не отвлекайтесь. Кстати, как там Шульгин-то?
— Всё хорошо с ним, — ответила Кобра. — Пришёл в сознание, уже на поправку идёт. Организм молодой, переливание вовремя сделали. Жизни ничего не угрожает.
— Ну и замечательно, — Морда важно кивнул. — Только пускай не залеживается там, знаю я вас, филонить любите тоже. Яровой вон сколько на больничном пробыл… Кстати, Шульгин-то теперь замначальника розыска. Этим же приказом назначен. Пошел я… Дел по горло. Надо будет ещё представление подготовить на Зуева в Москву, посмертно на орден Мужества.
— А нам что-нибудь будет? — осторожно спросила Кобра.
— Конечно, — великодушно кивнул Морда, улыбаясь снисходительно, будто раздавал сладости на детском утреннике. — Благодарность выпишу. В личное дело пойдёт, между прочим.
— Спасибо большое, Семён Алексеевич, — одновременно выдохнули мы с Коброй и рассмеялись.
— Всё-всё, хватит, — Морда помахал рукой и направился к двери. — Работайте.
Как только дверь за ним закрылась, Кобра посмотрела на меня и негромко произнесла:
— Вот ведь козёл.
Я усмехнулся, кивнув, и добавил тихо, но чётко:
— Согласен, но — наш козёл… свой.
Мы снова рассмеялись.
Глава 3
Я остановил «Ниву» в тихом переулке, где мы договорились встретиться с Грачом.
— Привет, брат, — сказал я, выглядывая из окна.
Он уже ждал меня, опершись о капот своего внедорожника, поблёскивавшего лакированными боками.
Он заскочил ко мне в машину. Крепко пожали друг другу руки, хлопнув по плечам так, как это бывает у старых друзей, давно не видевшихся и уже успевших соскучиться по простым мужским приветствиям.
— Смотрю, тачка твоя с каждым днём всё живописней выглядит, — хмыкнул Грач, скользнув взглядом по потрёпанному салону Нивы. — Что за ведро с болтами? Ты бы нормальную машину взял уже. С деньгами помогу, если что.
— Чем неприметнее машина, тем больше оперативных возможностей, — спокойно парировал я, похлопав ладонью по рулю, словно поддерживая «Ниву», как друга, прошедшего со мной не одно дело. — А насчёт денег… Тут, скорее, я тебе помогу.
Я достал из-за сиденья кожаный портфель, который забрал у Зуева, расстегнул и выложил несколько пухлых пачек купюр. Они тяжело шлёпнулись на панель.
— Бери, — сказал я коротко. — Это твоя доля.
Грач присвистнул от удивления, покачал головой и удивлённо взглянул на меня:
— Богатенький Буратино… Откуда столько бабла?
— Всё оттуда же, — хитро улыбнулся я.
Грач сразу всё понял, усмехнулся в ответ и кивнул: