— А ты откуда знаешь, связаны они или нет? — жёстко оборвала его Кобра. — Прогоним всё по базе, лишним не будет. Ты как-то на глазок определяешь? Не научился ещё? Вперёд, собирай!
— Да там же старые есть, — попытался оправдаться Корюшкин, безнадёжно вздыхая.
— Ладно, старые можешь не собирать, собирай свежие, — скомандовала Кобра, кивнув в сторону кучки сотрудников, которые курили возле места преступления. — И вон тех шугануть, чтобы не мусорили на месте происшествия.
— А этим я сейчас наваляю, — процедил сквозь зубы Мордюков и направился к стоящим поодаль. — А ну убрали сигареты, вашу мать! Это вам не пивнушка, а место происшествия! И бычки за собой собрали! Или сейчас по базе ДНК вас прогоним, и окажетесь подозреваемыми!
Сотрудники стали суетливо собирать окурки, не решаясь перечить Мордюкову. Собрали дочиста, будто отряд тимуровцев прошёлся. Корюшкин облегчённо вздохнул, натянул перчатки, взял фонарик и пошёл к деревьям, аккуратно шаря лучом по земле, стараясь не упустить ни одного окурка возле тела.
Глава 15
С Корюшкиным мы встретились ранним утром на стадионе. Я вновь начал свои регулярные пробежки, и Иван оказался там же. Признаюсь, я был приятно удивлён, замечая, что он уже свободно наматывает свои три километра — без остановок и без тяжёлого дыхания паровоза, отрабатывающего тяжёлый подъём. Даже на последнем круге его ноги не заплетались и не сдавали, как раньше.
— Молодец, Иван! — похвалил я его, остановившись и хлопнув по плечу. — Пора тебе турник осваивать, всё-таки.
— Да я уже подтягиваюсь, — с некоторой гордостью ответил он, переводя дыхание. — Сейчас, только дух переведу.
Отдышался он тоже быстро, и вскоре мы подошли к перекладине. Ваня взялся за турник, резво подтянулся — один раз, второй… Десять!
Такой результат для его комплекции был весьма неплохим, особенно если учесть, что он хоть и сбросил прилично веса, однако лишние килограммы всё ещё присутствовали. Видно, что поработал человек. Глаза Ивана светились гордостью и явно ждали очередной похвалы.
Но я решил не давать ему расслабляться:
— Теперь брусья! Давай-давай, не время прохлаждаться.
Ваня, тяжело вздохнув, полез на брусья и стал старательно отжиматься, прикладывая все усилия, чтобы меня не разочаровать. Потом снова турник. И так по четыре подхода. После этого мы перешли к растяжке. Но тут уж Иван застонал и проговорил, морщась от напряжения:
— Уф-ф, Макс, это самая тяжёлая тренировка в моей жизни. Я столько подходов раньше никогда не делал.
— Ну вот и привыкай, — строго проговорил я. — Нагрузку надо увеличивать, чтобы прогресс был. Первый этап ведь ты уже прошёл, теперь этого мало.