Но в одном я был уверен точно — Нави предательница, и Оскар мне не врал. Как минимум это указывало на то, что она не сдерживала своей улыбки.
Н-да уж, пригрел змею на свою голову. Хорошо хоть девушка до этого ничего такого не проявляла, иначе в момент битвы такую пакость могла бы учудить… Даже думать не хочется.
А андроиды тем временем вышагивали вперёд, беря наших в окружение. Я решил не оставаться в стороне и также вышел вперёд, взывая к тёмному пламени и готовясь к битве, однако внезапно произошло то, отчего пожалуй охренели все. И я, и Нави, и мои товарищи… Да пожалуй сами роботы тоже, ибо в этот раз у них загорелся жёлтый свет в глазах.
— Внимание… Ошибка. Обнаружен носитель крови творца. Переходим к протоколу А-024. Контроль переходит к носителю крови Фэроса. Вы можете отдавать звуковые команды для приказа, либо же через передачу мысли, — снова тем же хором сказали андроиды, а улыбка на лице Нави тут же пропала.
Точнее не так — она в мгновение ока весь её мир будто был уничтожен. На лице читалось не столько отчаяния, сколько отказ верить в происходящее.
— Нет… Я же всё рассчитала… Я ждала годы… годы… невозможно… нет… — говорила она, после чего случилось ещё одна неожиданная… Хотя в данной ситуации как раз ожидаемая вещь.
Она покончила с собой, расколов пилюлю в зубах. Ещё одна ошибка — я не стал её полностью проверять… Что ж, будет мне уроком, что если человеку хоть немного не доверяешь, то надо бы относиться к нему с самой большой осторожностью.
— Знаешь, это пожалуй самая дебильная смерть, которую я вообще видел. Нет, сориентировалась она вовремя, но вот чтобы даже не попытаться хоть что-то предпринять или не подготовить запасной план… Дура же. Даже не подумала сделать вид, что она не в курсе происходящего, не убежала вглубь сокровищницы — да просто вынудили бы из неё информацию и дело с концом. Говорил же я, жёстче надо было быть, — говорил Джахарт, и в целом был прав.
В последнее время я совсем размяк и стал слишком полагаться на удачу. С одной стороны я понимал, что это из-за мыслей о спасении мира — они ни на секунду не хотели меня оставлять в покое. Ровно как когда-то месть.
По итогу я допускал ошибки там, где даже три-четыре года назад ни за что бы не допустил ошибку. Впрочем, сделанного не воротишь. Придётся уж как-то с этим жить.
— Я соблюдал договор. Она его нарушила, пусть и обходным путём. В чём-то ты прав — мне следовало быть более настороженным и решительным ещё несколько лет назад, ограждая себя от возможных угроз, — сказал я, глядя на её хладный труп.