— Ради этой цели большинство из нас давно отбросили мораль, потому что видим дальше, чем остальные. Мы заплатим любую цену, если это спасёт человечество. Но если возможно обойтись меньшими жертвами, мы выберем этот путь. Поэтому в очередной раз предлагаю присоединиться к нам, и оставить мальчика в покое. Он приглянулся «Его Светлости» и с ним, возможно, получится избежать неминуемых разрушений.
— Твои слова лишь пустой трёп, Второй, — с внезапно изменившимся, утробным голосом сказал Корнелий, и я заметил, как его оружие начинает окутывать странная кровавая аура. — Что двадцать лет назад, что сейчас. И сегодня вы все останетесь без головы на плечах.
Корнелий резко сорвался с места и собрался атаковать, однако внезапно со всех сторон его окружило шестиугольным барьером, который по всей видимости, поддерживали фанатики.
— Зверю стоит побыть пока что в клетке, — сказал второй Корнелию, поддерживая одной рукой барьер, после чего его внимание резко переключилось на меня. — За тобой ведётся большая охота. Твоей смерти жаждут больше всех остальных. Даже если выберешься отсюда, не видать тебе покоя. Скоро ты встретишь нашего. Доверься ему, он тебе поможет. И не бойся смерти. Смерть — лишь начало, — сказал он и прежде, чем Лис, я или кто-либо ещё успел что-то сделать, щёлкнул пальцами и телепортировал меня в неизвестное место.
«Ё***** порталы… Это уже перестаёт быть смешным!» — пронеслась мысль, когда я оказался снова где-то у чёрта на куличках.
Надо было определённо выведать план у Наставницы, а-то по ощущениям меня просто мотают туда-сюда, а ради чего — непонятно!
Я даже не успел осмотреться, как кто-то резко поднял меня в воздух и я в прямом смысле полетел.
Нет, не как Наставница — она-то использовала как раз непонятную мне магию левитации. Я полетел как пушечный снаряд вперёд, даже не в силах что-то с этим сделать.
Не успел я даже сообразить, какого чёрта это было, как вдруг оказался «мешком» в чьей-то руке. Причём уже в довольно знакомой руке…
— Время идёт, а ничего не меняется, да? — сказал я, заметив без остановки смеющегося Йозефа.
Правда выглядел он весьма помятым. Весь в крови, с кучей колотых и резаных ран, которые не очень-то спешили заживать.
— А ты как хотел! Я злопамятный, я тебе ту шутку с полётом долго припоминать буду, — ответил дедушка Мари, и разразился новой порции смеха, будто нашим жизням вообще ничего не угрожало. Впрочем, кажется помимо тех дел, которые касались напрямую его внучки, он всегда был таким.
— Если выберемся отсюда, я вам ещё отомщу, — ухмыльнулся я и перешёл на серьёзный тон: — Может хоть вы расскажете, что происходит? Разве вы не должны сражаться с кем-то из великих глав?