Боевая девушка. Всё ещё бледная как смерть, с дрожащими алыми губами, но уже рвётся вершить возмездие!

— Не стоит. — подошёл я к ней, чувствуя волны беспорядочных эмоций, обуревающих девушку. — Месть нужно вершить с холодным сердцем и твёрдой рукой.

Девушка нервно сжимала стойку капельницы. Я обхватил её руки, глядя в её серые глаза. Руки её дрожали, но она слабо улыбнулась в ответ.

А граф, тем временем, встал на одно колено возле ворочающегося Чеканова и презрительно произнёс:

— Для палачей в белых халатах, вроде тебя, подонок, лёгкая смерть это спасение. Если встретишься с Сатаной… Поблагодари его за то, что у меня нет на тебя времени!

Длинный тонкий скальпель с тихим чавканьем вошёл в глаз Дока, мгновенно пронзая мозг и лишая того жизни. Резко выдернув орудие убийства, Мегорский вытер его об одежду покойника, и приблизился к нам.

— Пора уходить. — произнёс я, оглядывая своих горе-союзников. — Идёмте за мной.

Мегорский шагнул вперёд.

— Мне лучше будет идти первым. — произнёс он. — Огненная стихия лучше всего подходит для боя на передовой.

Похоже, граф догадался, что прикрывать спину ему никто не доверит. Или действительно рвётся отомстить пленителям. Я согласно кивнул.

Девушка же молча смотрела на тело Чеканова, из пронзённой глазницы которого уже начала течь кровь. На таком близком расстоянии, я чувствовал её эмоции даже без ментальной силы.

Она в смятении. Радость от смерти мучителя вперемешку с полным непониманием того, что делать дальше… Потом разберётся. Пока нужно покинуть это место…

Как-то. На самом деле, я ведь понятия не имею, как отсюда выбраться. Скорее всего, придётся прорываться с боем.

— Пойдём. — обратился я к девушке. — Сначала выберемся из этого места, потом будешь думать, что делать дальше. Полагаю, мне будет что тебе предложить. Как тебя зовут?

— Оля… Ольга. Васнецова… — девушка запнулась, её кулачки сжались так, что побелели костяшки, а губы дрогнули. — Была. Пока семья не отдала меня сюда.

Неудивительно — в это место явно попадают не случайные люди с улицы. Из воспоминаний Доктора я успел выцепить ещё нескольких предыдущих «пациентов» — сплошь представители обедневшей мелкой знати, или проштрафившейся средней, как Мегорский.

— Идём, Оля. — кивнул я ей, но сразу предупредил: — Сейчас мы выйдем из антимагической комнаты, и ты сможешь использовать свою силу. Но я категорически не советую этого делать.

— Почему? — удивилась она. — Я, конечно, иллюзионистка… Но это тоже полезный дар! Полезный!

Оля пристально посмотрела на меня своими небесно-синими глазами, явно ожидая подтверждения и боясь, что я не сочту её дар ценным. Я прямо ощутил тревогу, бьющие через край эмоции… И страх, что решим, что она обуза и бросим здесь.