От эхом раскатывающегося рыка Кота закладывало уши, а от исходящих от него вибраций дрожала земля.

— Это он так мурчит? — спросила у меня недоуменная Амелия.

— Ага, играется, — улыбнулся я, глядя как увеличившийся в размере раз в пять котяра разрывает в кровавый фарш дежурный охранный отряд из пяти боевиков с гербами Клана Смерти.

Ребята старались дать отпор чудовищу как могли. Один из них даже успел выстрелить. Правда себе в голову. Впечатлительный попался.

Правда, на их месте я бы тоже впечатлился. Кот сейчас напоминал даже не льва, а скорее медведя. Массивная черная туша, густая шерсть с фиолетовыми прожилками, которая подергивается словно живой огонь из преисподней. Матово-черные когти длинной с добротные кинжалы, оставляли на бетоне глубокие борозды, а из пасти капала ядовитая перламутровая слюна.

— Это точно… тот же котик? — сглотнула ком в горле Амелия, отбросив обрывок голубого поводка в сторону.

— А что, в ваших вылазках он никого не убивал? — саркастично усмехнулся я.

— Убивал… — неохотно призналась Амелия, — но не… так.

— Ну, этим просто не повезло. Сегодня у Кота включилось вместе долгое ожидание, обида на меня за случай в ТЦ и личный интерес. Суровая смесь, — покачал я головой, — надеюсь своды здешних коридоров выдержат.

— Личный интерес? — переспросила Амелия, — а какой у котика тут личный интерес?

— Полина, — охотно пояснил я, — он вытащил ее из подобной дыры и сразу проникся к ней симпатией, а ко всем лабораторным подземным крысам яростью. Мстительный он у меня немножко, и на красивых дам падкий.

— Немножко мстительный, говоришь, — нервно хихикнула Амелия и еще раз посмотрела на Кота.

Услышав имя Полины, ее настрой разом изменился. Неуверенность и напускной позитив уступили место холодной ярости, от которой тело синеволосой било мелкой дрожью, а лицо тронула едва заметная полуулыбка.

В этот момент в одном из двух проходов послышался нарастающий топот. Я молча повернулся в ту сторону, но меня остановила Амелия. Вернее, не совсем она, а ее действия.

Синеволосая повернулась на звук, закрыла глаза и прислонила ладонь к стене. Та начала покрываться тонкой коркой льда и вибрировать, а спустя несколько секунд, прямо сквозь стихийную кладку, в коридор хлынул поток горячей воды и устремился на противника.

Топот толпы сменился воплями боли, которые довольно быстро стихли, оставив после себя журчание воды и клубы витающего стихийного пара.

А довольная результатом Амелия убрала руку от стены, отряхнула от налипшей ледяной корочки об себя и невозмутимо спросила:

— Идем дальше?