Интерес, острый, как игла, пронзил мою усталость.
«Вскрывай. Медленно. Осторожно. Доложишь, если будут проблемы».
«Принято».
Глава 3
Я лежал в темноте, но не спал. Сон был непозволительной роскошью, когда в твоей голове гудел улей из тактических карт, системных отчетов и одного очень интригующего слова: «Артефакт-3». Я чувствовал ровное дыхание Киры рядом, ее тепло, ее присутствие, и это было единственным якорем, удерживающим меня в реальности. Все остальное было потоком данных. Наш новый дом, бункер «Гамма-7», был мертв сорок лет. Но под моим и Зетиным контролем он медленно просыпался, как древний голем, вдыхающий жизнь.
«Зета, статус по хранилищу».
«Дверь полностью автономна. Механические замки, многотонная композитная плита. Электронных систем нет. Взлом удаленно невозможен. Это сейф, Макс. Довоенный, но построенный с расчетом на то, чтобы выдержать прямое попадание тактического заряда. Силой его не взять».
«А не силой?»
«Я анализирую архивы бункера. Нашла кое-что интересное. Склад консервации, сектор Д-4. Там числятся три тяжелых ремонтно-строительных дроида класса „Атлант“. Гусеничная платформа, два манипулятора с гидравлическими клешнями. Предназначены для работы в условиях обвалов, для резки и перемещения многотонных конструкций. Их силовые приводы… теоретически, их совместного усилия может хватить, чтобы провернуть запорный механизм вручную».
«Теоретически? А практически?»
«Вероятность успеха — 82%. Вероятность повреждения механизма — 34%. Вероятность, что мы разбудим что-то, что лучше не будить… невозможно рассчитать».
Последняя фраза мне понравилась больше всего. Она означала, что игра стоит свеч.
«Приводи их в чувство, Зета. Запускай. И выведи мне трехмерную карту до хранилища».
Я тихо, стараясь не разбудить Киру, соскользнул с кровати. Натянул комбинезон, сунул в кобуру пистолет. В этом не было нужды — Зета контролировала каждый сантиметр бункера, — но привычка была второй натурой.
Хранилище находилось на том же уровне, что и реакторный зал. Массивная, круглая дверь, утопленная в скальную породу, без единого шва или замочной скважины. Только в центре — огромное, похожее на штурвал колесо запорного механизма. Я подошел, положил на него руку. Холодный, мертвый металл. Что же вы там прятали, ребята, с таким усердием?
Я присел прямо у двери, погрузившись в данные, которые транслировала Зета. Я видел, как в секторе Д-4 оживают три массивные тени. Как в их системах загораются огоньки диагностики, как гидравлика наполняется давлением. Они были медлительными, неповоротливыми, но от них веяло тупой, необоримой мощью.