Я удивлённо смотрел на своего собеседника. Паразит. Передо мной сидел самый натуральный паразит, который с невозможным пафосом заявлял, что он почти сумел присосаться к реальному миру.

Внезапно стала понятна спешка Ди во время наступления темноты. Наверное, так себя ощущает таракан, которого настигает неумолимая тень карающего тапка.

— И твоим якорем... — замедленно произнёс я, — Кто должен был стать твоим якорем?

— Вот об этом я и хотел с тобой поговорить, могучий воин, — бледно улыбнулся Ди, — Сила твоего разума очень меня впечатлила. Раз уж ты с такой лёгкостью сумел изменить созданный мной осколок реальности, то...

— Кто должен был стать твоим якорем? — резко повторил я. Происходящее окончательно перестало мне нравиться.

— Видишь ли, в чём дело, Алексей... — пытаясь уйти от ответа, неуверенно ответил эльф, — Привязка осуществляется однократно, и якорь становится неотъемлемой частью нового кластера. Только так можно перевести энергетическую часть моих владений в реальность... Да и любых других, собственно! Тут я действую строго в рамках установленных законов! И все обязательства переходят новому хозяину территории. В этом можешь нисколько не сомневаться! Тебе только нужно помочь мне выиграть ещё две схватки, и всё!

Секунду я смотрел в большие и честные глаза существа напротив, а потом безжалостно активировал Дестабилизацию. Ди не пошевелился, но это ничего не меняло. Созданный образ был всего лишь макетом для более удобного общения.

Рисунок моего навыка ещё разворачивался в пространстве, когда от тела эльфа в мою сторону ударила волна света. В полёте лучи превратились в десятки тонких ножей, но ни один из них так и не добрался до моего тела.

Созданное чужой волей пространство треснуло, как разбитое зеркало, и стало рассыпаться прямо на глазах. Вместе со своим хозяином.

— Ты пожелаешь об этом, смертный! — прежде чем всё вокруг утонуло в ослепительной вспышке, услышал я полный ненависти голос странного существа.

Удивительно, но до этой встречи я почему-то наивно считал, что мир могущественных сил чётко делится на светлый и тёмный. И что светлые все такие прекрасные и добрые, а тёмные — наоборот — гадкие и отвратительные. И только люди могут быть настолько разными, что никогда не понятно кто из них всадит нож тебе в спину, а кто поможет в трудную минуту.

— Обязательно, — зажмурившись, безразлично ответил я, — Но точно не сейчас.

Раздался странный треск, а следом сразу накатили волны привычных лесных звуков. Где-то щебетали птицы. Шумел в ветвях деревьев ветер. Вокруг стоял мощный запах прелой листвы и сырости. Так могло быть только в вековом бору, где солнце месяцами не касалось влажной земли.