— Да ну и что с того? Раз воспитала, кров и заботу дала, значит как есть ты для них матушка и не увиливай. — уверенно молвил и опять словами своими на глаза её мокрые вывел, но совсем немного.

По старой памяти молодая Лизка вспылила бы тотчас и начала бы правоту свою сквозь слёзы доказывать. Теперь же пара капель, пара вздохов и всё в себя обратно спрятала. Даже сущность за спиной её от этого будто чуточку больше стала. И думал я, что совсем уж она за жизнь изменилась, как тут же едкая острота от неё прилетела.

— Ох и не стыдно тебе подругу на слёзы выводить, а? — из большого чайника она кипяток в заварочный налила и, долго не настаивая, перелила из него сразу в кружку. Мне протянула. — На пей, дурак старый, чтоб тебя.

— От одногодки слышу. — хмыкнул ей весело, пододвигаясь повыше и с благодарностью беря отвар.

— Вот за такое застрелить бы тебя стоило, — ответила она с наигранной уязвлённостью. — Сахар, мёд будешь?

На такие слова я ей только с улыбкой поддакнул.

— А тож, несомненно стоило. Я же тот ещё невежда. И да, медочек бы славно зашёл. Спасибо огромное.

Получив в отвар свой добрую ложку янтарной сладости, я медленно его растапливал и вместе с ним расходилось и напряжение на кухне возникшее. С удовольствием прихлёбывая, я и ей предложил со мной посидеть, чая попить и о жизни побалакать.

— Да нечего там рассказывать, Семён. — сказала она классическую фразу, после которой разговор либо навсегда заканчивается, либо продолжается до самой ночи.

Об этом я знал не только по памяти Грея, который в психологии был подкован, но и по своей собственной, так как и Марфушку, и подруг её общать порой точно также приходилось.

— Да ну прям так и нечего? Ты же самая первая из деревни в города подалась. Неужто прям совсем ничего не случилось за всё это время? — подстелил ей скатёрку мягонькую диалога дальнейшего и, как и все девы до неё, она на неё ступила.

Ведь по существу, женщине для разговора многого и не надо.

Главное слушателем хорошим быть и интерес к её жизни проявлять, попутно события рассказанные со всей душой принимая. И не важно какие они будут, плохими, хорошими, али вовсе нейтральными.

И так-как слушателем я был умелым, а интереса имел выше крыши, начала она потихоньку мне рассказывать всё то, что в себе держала. И слово за слово, вопрос за ответом, ответ за вопросом раскрывалась картина жизни её непростой и далеко не лёгкой.

Конечно по молодости, как и у многих, начиналось всё красиво, громко и ярко.

Скандал с парнем, то бишь со мной, скандал с родителями и прямиком за дверь на волю-вольную. В путь она отправилась, имея за спиной приданное на свадьбу, которое аккурат на обучение своё и потратила. По её словам, до Светлозёрска она дошла тем же днём и на курсы обучающие записалась.