Меня тогда к награде представили за спасение жизней товарищей, но самой главной наградой, как оказалось, стала тьма.
Глава 24
Я потом много раз думал, а что случилось бы, если бы я тогда в Складке захотел, чтобы стало светло? Или чтобы сгорело там всё к чёртовой матери… Получил бы я тогда стихию тьмы? Или какую-то другую. Или вообще остался бы без ничего, а точнее попросту сгинул бы там, в той чёртовой Складке.
Ответа у меня не было. Даже когда другие парни начали получать свои стихии, ответа я не получил. Потому что у всех это происходило по-разному. Единственное, что было сходно, это полное опустошение сил и нахождение на грани жизни и смерти. А потом полная перезагрузка, но уже с новыми способностями, которые предстояло освоить.
Поначалу я даже не понял, что теперь обладаю магией. Просто стал лучше чувствовать в темноте окружающий мир, а особенно живых существ. Потом научился душить тьмой — эта способность сродни насыланию клаустрофобии, только усиленной в сотни раз. Редко кто способен сопротивляться. Потому как сердце не выдерживало и сосуды рвались.
Следом научился использовать тьму, как защиту. Создал доспех. И почти сразу же научился бросать сгустки тьмы во врага. Придавал им форму горошины, метательного ножа или иглы и атаковал.
И вообще, чем больше я изучал свою стихию, тем больше возможностей видел.
Одна из таких возможностей — чувствовать через тьму не только самих живых существ, но и их сердцебиения. С тех пор застать меня врасплох стало невозможно.
Не мудрено, что я удивился тому, как провернули то предательство на приёме — я же должен был почувствовать по сердцебиению, что замыслили плохое.
Хотя, если тот, кто подсунул мне яд, не знал, что делает… Но так я в то время уже умел с помощью тьмы капсулировать яды и выводить их из организма.
Если только не было одновременно несколько разных воздействий… А это значит, нужна хорошая синхронизация.
А ведь чтобы закрыть Проход у соседей и открыть на своих землях, тоже нужна хорошая синхронизация!
Что ж, к герцогу Прядееву у меня теперь ещё больше вопросов. Потому как не знаю, занимаются ли подобным другие роды, а этот точно занимается!
Так что, нужно будет подумать, как встретиться с ним. А пока спать! День и так сильно затянулся.
Разбудили меня стенания и болезненные стоны моей тварюшки. Я подскочил, и не одеваясь, рванул туда, где ночью оставил теневую мантию.
Мария Рафовна, к счастью, была жива и находилась там, где я её оставил.
Одного трупа не было. От второго остались только ноги и часть туловища. А моя тварюшка приподняла голову и жалобно проскулила.