Странно было целовать губы, которые не отвечали. И я вдруг осознал, что безумно хочу, чтобы Сойка ответила на поцелуй. Возможно поэтому мои поцелуи стали более настойчивыми, более горячими. И вскоре я целовал уже всё лицо Сойки — губы, глаза, нос, щёки, снова губы. Целовал отчаянно, страстно, без остановок. Снова и снова, чтобы только разбудить девушку, разбудить свою спящую красавицу.

И вдруг Сойка ответила. Сначала шевельнулись её губы, а потом и сама она подалась ко мне. Совсем немного. Но этого оказалось достаточно, чтобы сердце заликовало.

— Сойка, маленькая моя! — зашептал я, продолжая гладить её волосы. — Ты очнулась…

— Больно, — застонала она.

— Где больно? — заметался я. — Сейчас врача позову!

— Не уходи! — попросила девушка.

И я снова со всей нежностью прижал её к себе.

— Не уйду, — ответил я и снова поцеловал её.

А потом просто взял на руки вместе с одеялом и посадил себе на колени. И начал баюкать, бережно прижимая к себе.

Так нас и застала Агафья Петровна, которая вместе с лекарями осматривала остальных отравленных. И убедившись, что остальные пострадали не так сильно, она вернулась к Сойке.

— Очнулась! — обрадовано воскликнула баронесса. — Как же ты нас напугала, девочка! Разве ж можно так безжалостно относиться к себе! Даже не знаю, как мы с Архипом пережили бы, если бы с тобой что-то случилось!

Агафья Петровна говорила и говорила, а Сойка лежала в моих объятиях и счастливо улыбалась.

— Вот отвар приготовила для тебя! — сказала Агафья Петровна, отливая душистый напиток в чашку из кувшинчика, который был укутан полотенцем. Поднесла чашку Сойке и помогла выпить. — Это поможет тебе с внутренними повреждениями, — объяснила баронесса. — Тут не простые травки. Иномирские! Специально хранила на всякий случай. Теперь всё будет хорошо.

Сойка кивнула.

А я отметил, что у неё на щеках появился румянец.

— Спать хочу, — едва слышно прошептала девушка, когда допила отвар.

И я с большой неохотой уложил её на кровать. Подоткнул одеяло. И продолжил стоять около кровати.

— Пойдём, — подошла ко мне Агафья Петровна. — Она уже спит.

И действительно, дыхание Сойки стало глубоким и размеренным.

Глянув в последний раз на девушку, я вышел из комнаты Сойки вслед за Агафьей Петровной.

Прикрыв дверь, баронесса сказала:

— Спасибо тебе!

— Мне-то за что? — растерялся я.

— За всё, — улыбнулась баронесса и взяла меня под руку. — Пойдём, там все собрались в столовой, тебя только ждём. Всех гвардейцев уже накормили, и наших, и из дружественных кланов. А вот Алла, Оля и Сергей без тебя за стол не садятся.