Марк Антонович принял папку с документами на поставку рыбы к императорскому двору. Открыв её, он бросил беглый взгляд на бумаги и проговорил:
— Если я правильно понимаю, изучать бумаги мне придётся тут, не покидая этого дома.
Я кивнул. Потому что тоже считал, что бумаги слишком ценные. И если статский советник или его куратор заморочились с подставой, то вполне могли и другие неприятности доставить. Так что, работать с документами тут, в усадьбе, это будет хорошее решение.
— Можем выделить для вас комнату, — предложила Агафья Петровна.
— Да, спасибо! — проговорил Марк Антонович, поднимаясь. — Мне понадобятся кое-какие справочники, статьи закона. Можно будет послать Петра ко мне домой? Я составлю список, что нужно привезти.
— Да, конечно! — ответил я.
— Пойдёмте, — предложила Агафья Петровна.
И они втроём, включая Петра, ушли. В столовой остались только я и Архип Васильевич.
— Как ваше самочувствие? — спросил я у старика.
У нас ещё не было возможности поговорить после того, как мы с Сойкой лечили его. А выглядел Архип Васильевич всё ещё болезненно. Да и странно было бы, если бы он начал прыгать, как молодой жеребчик. Всё-таки ещё совсем недавно он был в очень тяжёлом состоянии.
На мой вопрос Архип Васильевич расцвёл.
— Вы с Сойкой совершили чудо! — воскликнул он. — Даже не знаю, как я с вами двумя рассчитаюсь за это!
— Что вы, бросьте! — смутился я. — Мы не сделали ничего такого…
— Как это не сделали! — развёл руками Архип Васильевич. — Я столько лет искал способ снять проклятие! Чего только мы с Агафьей не перепробовали! Ничего не помогло! Я уже думал всё, отправлюсь к праотцам. А тут вы!
Старик попытался поклониться, но я остановил его.
— Что вы, Архип Васильевич! Не надо! Мы просто не могли поступить иначе. Ну и рисковали очень. Не знали, получится у нас или нет. Хорошо, что получилось. Сейчас-то как дела?
— Чувствую, как силы возвращаются, — улыбнулся барон. — Спать стал хорошо, аппетит восстановился. Выздоравливаю!
— Ну вот и хорошо, — облегчённо выдохнул я. — А что там у вас за проблемы с Сойкой были?
На лицо барона тут же набежала тень.
— Даже не знаю, как сказать, — проговорил барон. — По генетическому слепку выходит, что наша Сойка состоит в близком родстве с императорской семьёй.
— Что? — не поверил я. — Может, ошибка какая?
— Тоже сначала подумали, что ошибка. Сделали расширенный слепок. Вероятность, что Сойка приходится племянницей его величеству больше девяноста процентов.
Я невольно глянул в сторону Сойкиной комнаты.
Это что, она солгала? Или не знала об этом? Кто она вообще такая? Почему такое родство с императором? А главное, чем это грозит клану Свиридовых? Если в канцелярии узнали, что Сойка голубых кровей, что будет дальше? Начнут выяснять чья она дочь на самом деле? Почему нет документов и почему Свиридовы решили удочерить её? И вообще, чья она дочь? Если племянница, то не императорская. Тогда чья? Кого-то из родных братьев или сестёр? Кого именно? И почему одна в Новосибирске? И что из её рассказов правда?