«Практики могут укреплять броню, которую носят, » — констатировал Зевс. — «Попробую разобраться, как они это делают. »
Схватив с одного из тел полный магазин, Иван отступил на склад.
Глава 31
Зевс…
Это была маленькая шутка. Самоирония. Или просто ирония. Разумное создание, существующее за пределами материальных миров, вне их, вне таких понятий, как время, пространство, физика, только училось воспринимать и воспроизводить юмор.
Оно назвалось богом, божеством. Верховным божеством, с тем же успехом могло взять имя Один или Перун, или ещё с десяток. Могло называть себя даже Иисусом, но вряд ли конкретно это имя вызвало бы у его спутника понимание и принятие. Иван не был религиозен, но инерция мышления и его касалась в том числе. Иван воспринял имя Зевс, как воспринял бы имя любого божества древнегреческого, римского, кельтского, скандинавского или славянского пантеона. Но имя Иисуса, Мухаммеда или Будды вызвало бы отторжение. В его мировоззрении существование богов современной религии ещё подвергается сомнению, лишь сомнению, тогда как божества древних времён однозначно перенесены в разряд мифом и легенд.
Поэтому называть именем мифического существа, любого, можно. А святым Петром — нельзя, или как минимум нежелательно. Зато вполне можно назваться Люцифером. Такую иронию Иван, вероятно, оценил бы. И неважно, что для его мира все эти существа в равной степени выдумка человека.
Зевс видел много миров. Видел и те, в которых боги — реальность. Божества бывают трёх видов, в зависимости от мира. Первый — разумный, скопивший столько энергии, что количество перешло в качество, и сам фантом начал преобразовываться. Страшная участь, бессмертное создание, навечно привязанное к одному миру, и обречённое умереть вместе с ним. Другой тип — естественное скопление энергии, что обрело разум. Не имеющее фантома изначально, такое существо создаёт его симулякр и существует вместе с миром, также обречённое умереть окончательно и бесповоротно. И те и другие примерно соответствуют образам тех самых древнегреческих богов. Могущественные, но не всемогущие и не вездесущие.
И есть третий тип. В одном единственном мире. Создатели Зевса нашли этот мир, когда искали прообраз всех реальностей, в каких существуют только люди. Человечество присутствует во многих мирах, но не во всех. И почти во всех мирах существует образ создателя, творца мироздания, вездесущего всеведущего бога, по чьему замыслу сотворена вся вселенная. Создатели Зевса предполагали, что такая философская концепция является высшей точкой развития религии, последней стадией теизма, после которой разумным существам более не требуется божество для рефлексии и осознания окружающей реальности.