Пнув запертую дверь, он разочаровано побрёл обратно в каюту. Он завалился на койку и открыл на коммуникаторе договор, составленный в космопорту, после чего погрузился в чтение документа. К основному договору шло дополнение правил полёта и перевозки груза на добрых пятьдесят страниц мелким шрифтом.

Через пару часов чтения Шумовский узнал много нового. Дикая обдираловка за все обязательные услуги компенсировала низкую цену билета. Оказалось выгодней покупать билет во второй класс, где в стоимость билета входили туалет в каюте и её безлимитное освещение.

Платным оказалось не только хождение в туалет и питание, а ещё и использования электричества и освещения в каюте. Что самое страшное, даже за вентиляцию следовало платить. Система автоматически списывала деньги с карты пассажира, считывая информацию с базы данных. Жить двоим в каюте тесно, но дешевле, чем одному, поскольку система автоматически распределяла расходы на обоих пассажиров.

В общем, в третьем классе можно было пользоваться туалетом бесплатно всего один раз в сутки. Свет бесплатно горел всего четыре часа в день. Использование розетки обходилось один юэс за каждые потреблённые сто ват. Таким образом, лежавшие на его карте космонавта сто юэс улетели всего за пять дней полёта. Из-за бесконечных рвоты и поноса деньги в реальном смысле вылетели в трубу.

Шумовский разочаровано закрыл документ и вытащил из карманов оставшиеся деньги. У него насчиталось чуть больше четырехсот юэс, которых никак не хватит на почти три месяца полёта. С такими ценами на один юэс с копейками в день особо не разгуляешься.

— Кабель вам в порт! Имплант вам в рот! Уроды вонючие! — его разрывало от негодования. — Я так скоро к Апельсинчику присоединюсь — умру в темноте, исхудавший и по уши в собственном дерьме… Точно, Апельсинчик! — осенило его.

Он подскочил с пластиковой лежанки и уставился в сторону койки почившего соседа, над которой лежал баул с его вещами, про который Денис совершенно забыл из-за космической болезни. Повезло, что санитары его не заметили.

Молодой человек запер дверь каюты, отстегнул стяжные ремни, с лёгкостью снял огромную сумку с верхней полки и поставил её на кровать.

Порвать сумку казалось невозможным, поскольку она был изготовлена из кевларова с полимерным покрытием. Она могла выдержать поездку из одного конца России до другого, будучи привязанной к бамперу автомобиля. А вот замок был из обычной порошковой стали.

Денис взял кодовый замок в ладонь и крепко сжал ладонь в кулак. В следующее мгновение раздался хруст, а когда он разжал ладонь, из неё высыпались обломки замка. Затем на койку из сумки начали извлекаться вещи Михалыча.