Денис тщательно проверял каждый карман и складку ткани в надежде найти заначку. Перелопатив кучу грязных и поношенных вещей, он не нашёл ничего ценного, кроме замотанной в алюминиевую фольгу литровую бутылки водки. Его захлестнуло отчаяние, ведь он так надеялся, что там обнаружатся хоть какие-то деньги.

На дне сумки оставались лишь рабочие сапоги, от которых в тесной каюте начал разноситься тяжёлый смрад. Поборов рвотные рефлексы, парень извлёк на свет обувь и запустил руку внутрь левого ботинка. В носке под липкой стелькой он нащупал продолговатый предмет, который выудил на свободу. В этот момент сердце парня забилось чаще от прилива радости, ведь ему досталась знатная добыча — свёрнутые в трубочку тысячные купюры.

Окрылённый находкой, Денис запустил руку во второй ботинок и извлёк вторую заначку.

— Михалыч, спасибо тебе! — поднял он глаза к потолку. — Надеюсь, тебе на том свете достанется самоё тёплое местечко.

Вонь от сапог была подобна оружию массового поражения. Она заполняла каюту. Парнем было принято решение их утилизировать. Радовало то, что хотя бы мусорка была бесплатной.

Вскоре ботинки отправились в мусорный отсек, расположенный в общем коридоре. Проходившие мимо Дениса парни закашлялись и заткнули носы, одарив его осуждающими взглядами.

Избавившись от биологического оружия в виде ботинок вахтовика, Денис вернулся обратно в каюту. В заначке Михалыча оказалась хорошая сумма в виде двадцати тысяч юэс. Этих денег ему хватит с лихвой на весь полёт, и не придётся экономить.

Шумовский спрятал деньги во внутренний карман скафандра. Купюры были пластиковыми и совершенно не впитывали запахов, что в его ситуации было даром небес. Он не мог себе представить, как бы хранил при себе наличность, если бы это были древние бумажные деньги, которыми пропились бы тем ядрёным амбре.

Он ещё раз мысленно поблагодарил Апельсинчика за помощь и отправился в административный отсек, в котором находился банковский терминал, если верить плану корабля на коммуникаторе.

Преодолев множество извилистых коридоров и несколько ярусов, он достиг банкомата. Тут можно было снять, положить деньги на карту космонавта, на свой счёт или совершить перевод. Треть денег Денис положил на карту космонавта для оплаты навязанных услуг, часть разменял на более мелкие банкноты. За каждую операцию банкомат сдирал конскую комиссию в десять процентов от суммы.

С довольной улыбкой Шумовский отправился в столовую, решив помянуть соседа. Одна из столовых располагалась на этом ярусе недалеко от медицинского отсека. В последний раз он ел два дня назад. Из-за постоянной тошноты он лишился аппетита, который после голодовки вернулся в полной мере.