– А что будет дальше? Мне надо к ним. – Хорошо, вернешься. – Я хочу посмотреть, какими они будут. – Увидишь. – А что будет с моими родителями? – Твой отец скоро умрет. И действительно, он в тот момент находился в больнице, ему сделали операцию по удалению аппендицита. Возраст был серьезный – 73 года. Не все выдерживают даже простые операции в таком возрасте. Он перенес операцию нормально и просто лежал в палате, ожидая выздоровления. Но Клавдия увидела, как на белой простыне, которую четыре ангела держали за четыре угла, лежал ее отец. – Понятно, – сказала Клава. Она не чувствовала ни страха, ни переживания. Состояние было совершенно необъяснимое. – А что будет дальше? – А дальше? – Дальше ты будешь жить и растить детей. Только у меня к тебе один вопрос. Зачем люди атом делают? – Как зачем? На мирные цели. – Ха-ха-ха, – раздался голос. – На мирные? Но тогда посмотри. И Клавдия увидела ужасную картину: взрыв, атомный гриб, ударную волну, рассыпающиеся в пыль дома и обгорелые трупы людей. Даже в этом измененном состоянии она оцепенела от страха. Когда видение исчезло, голос сказал: – Ты иди, иди и говори людям, чтобы они этого не делали. Может быть, они тебя услышат. – А как же я пойду? – А ты помяни тех, кто погиб в Хиросиме и Нагасаки. У тебя в бидончике молоко, выпей. Клавдия взяла бидончик и прильнула губами к краю. Большими глотками она жадно пила молоко и выпила почти половину бидона. В тот момент, когда она оторвалась от бидончика и открыла глаза, она увидела, что сидит на камне возле дома. Утро, встает солнце, ее плащ промок от росы, и волосы тоже. Клава поднялась и быстрыми шагами пошла домой. Ее встревоженная мать открыла дверь. – Где ты была? – С Богом, – сказала Клава. Надежда Федоровна не удивилась, просто внимательно посмотрела на нее. – Где дети? – спросила Клава. – В больнице, в тяжелом состоянии. Садись, чаю попей. Клава села за стол. Надежда Федоровна налила ей чай, но Клавдия не могла взять стакан в руки. Не потому, что он был горячим, а потому, что он был тяжелым. – Господь не позволяет мне пить чай, – пробормотала Клава. Надежда Федоровна, соглашаясь, мотнула головой и вышла в прихожую, чтобы в третий раз за сегодня позвонить по номеру 03. Скорая приехала быстро. Два санитара забирали Клавдию, но она все время говорила, что все сами больные. Ее увезли, и она 40 дней пролежала в отделении психиатрии. Дети выздоровели раньше, через две недели они уже были дома, а Иван Федорович и Клавдия все еще лежали в больнице. Надежда Федоровна с внуками