* * *

Знатная пирушка продолжалась до позднего вечера, но не дольше: все люди респектабельные, семейные. Олла, впрочем, покинула ее раньше, еще до темноты. Да, она проставлялась — но все-таки незамужняя женщина, неприлично оставаться после того, как все напьются. Оставила трактирщику деньги и была такова.

Пешком Олла идти, естественно, не рискнула, даже со своим новым длинным ножом, наняла портшез. К счастью, «Бездонная бочка» — место уважаемое, несмотря на фривольное название, возле него всегда дежурят одна-две гильдейские команды.

— Куда прикажете? — спросил старший носильщик.

— Сперва на торговые склады Мадсен, потом на переправу к портальному острову. Только везите вдоль набережной, хочу полюбоваться, как некроманты гавань чистят.

— Хорошо, госпожа, — сказал старший.

А младший не удержался, добавил:

— Я тоже всегда смотрю! Прямо глаз не оторвать!

Старший бросил на него неодобрительный взгляд: мол, с клиентами общаться не принято!

Торговые склады Мадсен — это склады, принадлежащие настоящему племяннику той самой тетушки Мадсен, которая по документам числилась и тетушкой Оллы тоже. Семейство Мадсен благодаря Оллиной помощи тоже приподнялось, расторговалось: она помнила доброту. Ну и они в накладе не остались.

Там, в одном из лабазов, Олла и оставила свои вещи, приготовленные к переходу в другой мир. К ее удивлению, Эрик Мадсен (еще один Эрик!) ждал ее.

— Привет, сестренка, — сказал он, пожимая Олле руку.

«Сестренка» он говорил, выделяя интонацией, но почти всерьез: их деловые отношения последние годы всегда шли без сучка без задоринки, а деловую хватку Эрик Мадсен уважал.

— Привет, братец, — в тон ему ответила Олла.

Мадсен передал ей сумку и новенький рюкзак, заказанный по чертежам мастера Шелки. И то и другое — туго набитое. Тут были только личные вещи Оллы, остальной багаж должны были захватить грузовые умертвия. Как все-таки удобно, что госпожа подружилась с хорошим некромантом, которому можно доверять!

— Ты не передумала уходить? — вдруг спросил Мадсен. — Ты могла бы сама стать управляющей всей собственности мэтрессы! И всё: мэтресса в старших мирах, никто тебе не указ, во всем сама себе хозяйка, денег — море! Да у тебя и своя собственность была кое-какая, я же знаю, не такая уж ты бессребреница!

— Я не бессребреница, с чего это ты взял? — удивилась Олла. — Вроде, не первый год меня знаешь! Я просто госпожу не обманываю. Смысл? Рано или поздно вскроется. Да она и так ко мне щедра, куда уж больше-то хапать.

На самом деле Олла, как ей казалось, физически не могла бы обмануть госпожу — ей делалось плохо от одной мысли. Но Мадсену об этом говорить бесполезно, не поймет.