О живых надо заботиться. Финнвар, похоже, уже начал утрачивать это фундаментальное понимание, которое сигнализирует о первом шаге на пути утраты осознанности — а с нею и разума. Впрочем, он ровесник погибшего Рюдина — неудивительно.

— С постом химеролога у вас, по сути, не было другого выбора, — улыбнулся ему Элсин. — Я не слишком хотел обнародовать информацию о том, кто именно из некромантов закрывал глаза на явно преступную схему с детьми и юными девушками. Но если бы вы продавили через Ковен назначение именноэтого человека на пост главы химерологов — сведения о художествах его и его ученика неизбежно выплыли бы.

Финнвар — невысокий абсолютно лысый некромант, лет тридцати на вид, поморщился.

— Вы наговариваете, Бьер. Один из наших уважаемых преподавателей вовсе не был запутан «в преступной схеме», как вы говорите! Он просто программировал некроконструктов, которых приводил к нему бывший ученик — ради практики! Вы знаете, насколько важна постоянная практика для специалиста по программированию некроконструктов! — Элсин знал. Если телесные рефлексы некромант с немертвой нервной системой вполне мог воспроизвести без длительной отработки, то мыслительных процессов это не касалось: они неизбежно деградировали через время. По этой причине у его наставника Трау, например, ухудшились хирургические навыки, хотя казалось бы, после стольких лет они должны были стать автоматическими!

Впрочем, хорошо, что появился Влад, и ошибку Трау с глазами удалось исправить.

Как всегда при мысли об ученике Элсин почувствовал тепло в душе — сейчас неуместное, потому что Финнвар продолжал брюзжать о совсем другом бывшем студенте:

— Что касается ученика, то он тоже ничего не знал. Даже если догадывался. Кодекс, во всяком случае, по нему не сработал.

Элсин покачал головой. Он знал, что люди с определенной гибкостью частенько могли «договорить со своей совестью», особенно если тело у некроманта было еще живо и несколько мешало ясности мышления. Однако понятия не имел, что Финнвар сам настолько закостенел в своих автоматических привычках отмазывать политических союзников даже от явных преступлений, что будет идти против реальности!

— Как видите, я не спорю с вами на эту тему, — Элсин развел руками. — Я всего лишь говорю, что в истории с химерологами я не угрожал вам и не шантажировал вас — вы просто действовали максимально прагматично.

— А сейчас? — хмуро спросил Финнвар. — Тоже не угрожаете и не шантажируете? — в его голосе звучала насмешка.

— О нет, сейчас я именно этим и занимаюсь, — улыбнулся Элсин. — Потому что я хочу, чтобы вы кое-что для меня сделали.