Я же мог проделывать удивительные вещи. Например, перенаправлять болевые ощущения. Просто «отключал» их от своего физического тела, отправляя в ту пустоту, где должна быть моя душа.

Это было похоже на то, как сбрасывают излишнее давление в паровом котле. Конечно, этот трюк не убирал боль полностью, но он делал её терпимой. Превращал из истязания в простой фоновый шум, на который можно не обращать внимания.

Такая тренировка была в десятки раз эффективнее и быстрее, чем у любого Одарённого. Тело быстро адаптировалось, становилось сильнее, выносливее. Но даже так я понимал — до моей прежней формы было ещё очень далеко.

Закончив, я принял холодный душ и прошёлся по квартире. Сириус уже разложил и аккуратно рассортировал очередные трофеи. Арсенал впечатлял. Пистолеты самых разных систем и калибров, несколько коротких автоматов, пара помповых ружей, с десяток ножей, мачете и даже один брутальный тесак, которым можно было рубить небольшие деревья.

Разнообразие радовало. Похоже, Сириус прошлой ночью славно потрудился, разоружая местный криминалитет.

Я взял в руки короткий пистолет-пулемёт, повертел его, оценивая. Придётся продать. Огнестрельное оружие — это хорошо, но сейчас для меня важнее были деньги и ресурсы на создание новых дронов.

Быстро собрал в спортивную сумку пистолеты и автоматы, оставив себе только один надёжный пистолет и несколько ножей. Холодное оружие решил пока придержать. Его было слишком мало, чтобы выручить приличную сумму, а место в сумке оно занимало. Лучше подкопить и продать всё разом.

Как только я вышел из подъезда, то сразу наткнулся на свою «дружину».

Михич, Дылда и Щербатый сидели на корточках у стены и о чём-то оживлённо шептались. Увидев меня, они тут же вскочили.

— Паря! А мы как раз к тебе! — радостно сообщил Михич. — Мы это… Сходили к Ваське. Сбагрили ему всё орочье барахло.

Он протянул мне пачку мятых купюр. Я пересчитал. Четыреста рублей. Негусто, но для начала сойдёт.

— Молодцы, — кивнул я. — А это что?

Мой взгляд упал на пакеты, стоящие у их ног. Из одного торчала коробка с пиццей, из другого — горлышки бутылок с пивом.

— Так это… — замялся Дылда. — Мы решили, типа, отметить наше боевое крещение. И тебе вот взяли… Ну, чтобы по-свойски.

Я удивлённо посмотрел на них. Пицца и пиво. В прошлой жизни мои генералы, возвращаясь с победой, приносили мне головы вражеских командиров, уникальные артефакты и планы захваченных городов.

А эти принесли пиццу. Но почему-то это простое подношение тоже тронуло меня. Чёртова человечность, оставшаяся от прошлого владельца тела, снова давала о себе знать.