А вот Иошихиро нет. Интересно, он успел добраться до следующего купола до начала дождя?
Убедившись, что тут относительно безопасно, распрямился в полный рост и повернулся назад…
Ё! А слона-то я не заметил!!!
Чётко за моей спиной — метрах в трёх, сидел Иошихиро — собственной персоной!
Сидел спиной ко мне и делал это по-японски. Я даже умудрился вспомнить, как называется эта поза — кэккафудза. Запомнил её, когда штудировал всю инфу про Японию перед поездкой туда…
Кэккафудза кэккафудзой, но все нормальные русские люди называют эту позу — сидеть по-индийски. Когда лодыжки кладутся сверху на противоположное бедро. В общем, поза для йоги.
Иошихиро сидел в этой позе для медитации и даже ухом не пошевелил от моего косплея спецназа с перекатами…
Захотелось дать себе пятернёй по мордасу. «„Отфэйспалмить“» себя, в общем.
Ну вот, как так получилось, что те сраные десять градусов из трёхсот шестидесяти, которые я не охватил взглядом, когда крутил башкой вправо-влево, окажутся определяющими⁈ Что именно там и окажется Иошихиро!
Бывший японский император сидел статуей, не обращая на меня никакого внимания.
Хм…
Обошёл по кругу Иошихиро и зашёл к нему с переднего фронта — он смотрел вперёд, в сторону купола с абсолютно каменным лицом и не шевелился.
А он, вообще, живой?
Сделав два шага вперёд, ткнул указательным пальцем правой руки в плечо отцу Акихико, на что тот перевёл свой взгляд на меня, и еле заметно кивнул:
— Приветствую, Владимир!
Я вздрогнул.
Блин!
Я напряжён… Я готов к бойне! Готов дёргать клубок души своего заклятого врага и параллельно жечь его морду огнём, пока там вместо его лица не окажется голый череп! И потом уже, бездыханное тело выкидывать за купол, чтобы кислота разъела труп полностью — дабы от этого гадёныша вообще ничего не осталось…
А он меня приветствует, понимаешь!
Я-то атаку жду — готов в любую секунду ответить. Потому и вздрогнул…
Переведя свой взгляд обратно на купол, Иошихиро вздохнул:
— Я готов. Быстрее, если можно…
К чему это он готов? К смерти, что ли?
Та-а-ак, а вот это уже интересно! Я ведь реально думал, что сейчас будет махалово! А тут, по всему выходит, что никакого рубилова не будет…
Одно дело убить кого-то в бою, и совсем другое — вот так вот, безоружного…
Несмотря на все обстоятельства — я, всё таки, не палач…
Что ж. Ну раз всё сложилось именно таким образом — то, думаю, можно и поговорить для начала.
Я сел перед Иошихиро так, что перегородил собой его взгляд в купол.
Теперь, когда он смотрел мне прямиком в глаза, я заговорил:
— Ну что, император… Рассказывай — как ты докатился до жизни такой?