— К Филимонову. Новый покровитель Северных Гребешков, — представился я.

— Секундочку, — поклонилась служанка и прикрыла дверь.

Я прислушался. Из глубины дома донёсся шум, брань, потом что-то заскрипело и кто-то грузно пробежал к задней части дома. Я спустился с крыльца и начал обходить дом по огороду. Дверь за моей спиной отворилась, и служанка извиняющимся тоном начала говорить:

— Господин, прошу прощения, я не знала, но виконт Филимонов отбыл в Москву рано утр… — запоздало осознав, что беседует с моим затылком, она закричала мне вслед: — Господи, куда вы⁈ Это частная территория! Господин!

Из задней двери дома вывалился низкий лохматый коренастый мужичок в фиолетовом сюртуке, расшитом золотом и серебром. Сидел этот сюртук на нём плохо — как на корове седло. Мужичок закинул на плечо небольшую кожаную сумку и припустил по огородам, перепрыгнув через забор как молодой сайгак. Выругавшись, я бросился за ним — честно говоря, не ожидал от него такой прыти. Но в любом случае Филимонов далеко не убежал, я догнал его на помидорных грядках третьего огорода и повалил прямо в грязь.

— Добрый день, — поздоровался я и оскалился, отчего Филимонов вздрогнул и зажмурился. — Хотел бы уточнить, по какому праву вы заставляете моих вассалов платить за проезд по единственной дороге, которая худо-бедно соединяет их с цивилизацией? Или вы забыли, что единственную дорогу запрещено делать платной?

— Нет. Да. Наверное, — выпалил Филимонов, и его лицо скривилось, словно он собирался вот-вот разрыдаться. — Вы меня посадите в тюрьму?

— Зависит от того, насколько ты будешь мне полезен, — я поднялся и отряхнул штаны. Иллюзия красивого костюмчика слетела, теперь за аристократа меня было сложно принять, даже издалека и сослепу. Но Филимонов отчего-то не сомневался в моём происхождении и продолжал дрожать от страха. — Если ты будешь со мной сотрудничать, то я никому не расскажу о беспределе, который ты тут устроил. А, ну и ещё ты вернёшь все деньги, что содрал с Северных Гребешков. Надеюсь, хоть бухгалтерию ты ведёшь? Или на налоговую у тебя тоже аллергия?

— Веду, веду, — протараторил Филимонов и ногтём щёлкнул по переднему верхнему клыку. — Всё отдам! Вот вам зуб!

Я кивнул на его дом:

— Не хочу стоять на жаре.

* * *

Южные Гребешки, дом Филимонова, час спустя.

Филимонов устроился в кровати, обложившись подушками и одеялами, и, потянувшись, взял с тумбочки чашку с горячим ромашковым чаем. Сделал судорожный глоток, тяжело вздохнул и оттянул воротник рубашки. Ужас, который он испытал услышав фамилию «Ломоносов», не передать словами! Дело в том, что Филимонов был азартным человеком и обожал делать ставки, его любимым видом спорта были бои на Аренах. Конечно, он не пропустил выступление первого аристократа, который осмелился выйти на Арену. В тот день Филимонов как раз был в Москве и успел купить последний билет в первый ряд.