— На той ферме моих… подруг держали. Они мне смогли весточку передать, я полицию туда и вызвал. А сейчас приехал их проведать, апельсинов купить, а тут пациентов вырезают.

— Сколько?

— Двоих. До остальных не успели добраться.

Коромыслов закинул преступника на заднее сидение машины, закрыл её, и мы пошли в больницу, на третий этаж. Здесь уже вовсю суетились доктора, оказывая помощь пострадавшим, а медбратья вывозили к лифту каталки с трупами. Увидев волдыри на лицах мёртвых преступников, Коромыслов приподнял брови, но промолчал. На самом деле мне здорово повезло. Будь на месте сержанта кто-то другой, то следующие несколько часов я бы наверняка провёл в полицейском участке. Слишком уж всё выглядит подозрительно — я и наводку дал на рабовладельческую ферму, и в больнице очень вовремя оказался, одновременно с наёмными убийцами.

Я сидел в палате у Веры и Леры, пока полицейские снимали отпечатки, искали улики и брали свидетельские показания. Когда суета поутихла, ко мне зашёл Коромыслов, попрощался и напоследок сказал:

— Знаешь, кто бы ни крышевал эту ферму, он совершенно точно хочет остаться неизвестным, — сержант секунду помолчал и добавил: — Мне бы не хотелось быть его врагом.

— Как ты считаешь, что будет с этими пациентами?

— Ничего хорошего, — он нахмурился. — Мы выставили охрану. Она будет патрулировать этаж, пока не выпишется последний больной, но у нас не хватит людей, чтобы приставить полицейского к каждому пациенту. Не хочу накаркать, но мне кажется, что через пару недель в нашем районе будет всплеск преступности. Если точнее — убийств, которые станут висяками. Не впутывайся в это.

Дверь тихо закрылась за его спиной. Вера — теперь, когда девушек отмыли, я мог различать их по цвету волос, — которая всё это время притворялась спящей, открыла глаза и внимательно на меня посмотрела.

— Ты пришёл, — едва слышно произнесла она.

— Да, — я подвинул стул и уселся. — Как твоё состояние? Ты способна разговаривать?

— Способна, — Вера вздохнула. — Я давно не сплю. Меня разбудили сирены.

— Буду говорить честно, — я откинулся на спинку стула и сложил руки на груди. — Во-первых, я убедился, что просто так вас не отпустят. Покушение — лучшее тому доказательство. Во-вторых, мне нужны гарантии, что вы меня не предадите. Снова. Сегодня вы боитесь своих бывших работодателей, а завтра они предложат вам хорошую цену и вы вонзите мне нож в спину.

— Нет! — воскликнула Вера и тут же закашлялась, повторила уже гораздо тише: — Нет.

— Мне нужны гарантии. И да, бесплатно вас кормить и содержать тоже не собираюсь, — я говорил жёстко и ультимативно. — Единственный выход, который я вижу, — ты и твоя сестра дадите мне вассальную нерушимую клятву. По твоим глазам вижу, ты понимаешь, что это означает. Вы просто не сможете причинить мне вред, ни словом, ни делом. А если попытаетесь, то умрёте на месте.