— Человек-хозяин-друг, классно, да? — спросил Крабогном.

— Очень, — он так радовался своей победе над змеюкой, что я не стал его расстраивать. — Ты самый классный Крабогном в Российской Империи.

Он счастливо пискнул, обнял меня за ногу и побежал в деревню. Вдалеке уже мигали сигнальные красно-синие огни и выла сирена — я подождал скорую, помог загрузить Леру в машину, приставил к ней Тень в качестве охранника и остался, чтобы поговорить с полицейскими. Мои показания были довольно невнятными. Где жители деревни? Их убили? Не знаю. Вероятно, убежали в лес и спрятались в чаще. Рассказать о Марене я не мог. Кто напал? У вас есть враги? Не знаю, спросите моего фамилиара. А с врагами… Ну как бы сказать. Конечно же нет! Вся эта тягомотина растянулась на несколько часов. Полицейские хотели организовать поисковые работы — обыскать лес, найти и допросить жителей Северных Гребешков, — но я включил наглого высокомерного аристократа и фактически прогнал их из деревни. Как ни печально, но аристократия могла себе такое позволить. Особенно, если дело касалось их вассалов. Мои слуги — делаю с ними, что хочу. Сбежали — ну, значит, пусть в лесу и остаются, а вы, дорогие полицейские, валите подобру-поздорову.

Выпроводив их, я поторопился в Храм Марены, и, как только переступил его порог, ритуальный алтарь вспыхнул ярко-белым светом и в его центре открылся портал, из которого начали выходить деревенские жители. Они с опаской выходили на улицу и, увидев последствия развернувшегося в Северных Гребешках сражения, причитали. Однако они были людьми закалёнными тяжёлой жизнью и прагматичными, поэтому быстро успокоились и принялись всё восстанавливать. Осунувшаяся Вера подошла ко мне и тихо-тихо спросила:

— Она выживет?

Я подключился к Тени, которая ехала вместе с Лерой в карете скорой помощи, и через секунду ответил:

— Да, выживет. Врачи о ней позаботятся. Руку восстановить не удастся, но Лера выкарабкается.

— Хорошо, — Вера, всхлипнув, уткнулась мне в грудь и обвила меня руками за пояс.

Я посмотрел над её плечом на Марену и уточнил:

— Сколько у меня времени?

— Я усыпила Машу три часа назад. Она проснётся около полуночи.

— Хорошо, последи, пожалуйста, за ней, я вернусь к девяти.

Вера была сильно потрясена ранением сестры, из-за чего впала в некое подобие ступора, когда человеку ничто не интересно и ни на что нет сил. Она не реагировала на внешние раздражители, на вопросы отвечала отстранённо и двигалась словно в замедленной съёмке. Я отвёл её в дом и попросил жену старосты, милую, слегка согбенную старушку, присмотреть за ней. Потом я позвонил Андрею, главе Ронинов, и попросил об услуге — требовался новый артефакт для ритуала. Тот, что я заказал, у меня забрали Виктория и Психотроник. Изнанка его знает, где он находится сейчас, — дольше искать, чем купить новый. Андрей пообещал доставить артефакт духовочной курьерной службой в течение сорока минут. Чтобы не тратить время попусту, я решил хотя бы поверхностно оценить нанесённый Гребешкам ущерб.