Повторы
В квартире царил полный беспорядок.
Кражи из квартир всегда оставляют у жертв ощущение нарушенного личного пространства, но эта, казалось, была специально устроена так, чтобы ошеломить жильца. Его звали Дэвид Хаскинс, и он сказал детективам, что является актёром.
— О? — спросил Мейер. — Я вас где-нибудь видел?
— Ну, я снимался в рекламе автомобилей год назад или около того, — ответил Хаскинс. — Вообще-то, этот ролик до сих пор показывают. Я тот парень, который заходит в автосалон и пинает шины? Может, вы его видели.
— Наверное, я его пропустил, — сказал Мейер.
— Мне до сих пор платят резидуалы, — сказал Хаскинс.
— Резидуалы? — переспросил Карелла.
— Резидуальные гонорары. Снимаешься в рекламе — получаешь деньги за каждые 13 недель показа. Последний чек я получил в октябре. Я время от времени вижу этот ролик, но понятия не имею, когда придёт следующий чек и на какую сумму таковой будет.
Детективы были одеты с учётом суровой погоды на улице. Это было холодное утро понедельника в середине января — самого мрачного месяца здесь, в этом большом и жестоком городе. Оба они были ростом около шести футов, в длинных, громоздких пальто, стоя по бокам от Хаскинса и заставляя его казаться карликом. Бледный, худощавый мужчина лет тридцати с небольшим вернулся домой примерно час назад и сразу же позвонил в полицию. Коричневое пальто всё ещё висело на подлокотнике дивана, куда он его бросил. На нём был кремовый свитер с высоким воротником и твидовый спортивный пиджак, который видел и лучшие дни. Длинный фиолетовый шарф был накинут ему на плечи и свисал до пояса. Он не отрывал взгляда от опустошённой квартиры. Карелла ожидал, что он в любой момент разрыдается.
— Я был в гостях у сестры на севере штата, — сказал Хаскинс, — вернулся сегодня утром и обнаружил вот это.
— Как долго вас не было? — спросил Мейер.
— Только на выходные. Я уехал в четверг днём. Мы часто навещаем друг друга. У неё находится часть моей одежды, а у меня — часть её.
— Есть какие-нибудь догадки, как он проник внутрь?
— Окно спальни разбито, — ответил Хаскинс. — Снаружи есть пожарная лестница.
Все трое снова огляделись: осколки стекла под окном спальни, вывалившиеся на пол ящики комода, повсюду разбросанная одежда и личные вещи.
— Он забрал всё ценное, — сказал Хаскинс. — Кроме телевизора.
Карелла задался вопросом, почему тот оставил вещь, которую мог бы сбыть за минуту. Телевизор выглядел новым — одна из тех 13-дюймовых моделей, белого цвета, со встроенным видеомагнитофоном. Наверное, новый он обошёлся Хаскинсу в пять-шесть сотен. На чёрном рынке взломщик мог бы выручить за него как минимум сотню.