Он замолчал, погрузившись в неприятные воспоминания, а я не стал его торопить. С отцом ведь Ярослав Данилович сошёлся изначально на идейной тематике. Оба были ярыми патриотами и сторонниками имперской власти. Только если мой отец верил в монарха безоглядно, Румянцев больше верил в армию. Хорошо снабжённую и многочисленную армию, которая перемелет любого противника в порошок — хоть внешнего, хоть внутреннего.

— Англичан привлекли к сотрудничеству, — вздохнул Ярослав Данилович. — Где это видано, чтобы к секретным военным разработкам привлекали вероятного противника⁈

— Ну, в последнее время император Михаил считал, что англичане нам не противники, — заметил я, припомнив слова отца, сказанные в тот период, пока я ещё не уехал в академию.

— Жаль только, что англичане считают иначе, — жёстко усмехнулся Румянцев. — И вот как их пустили в проект, так всё и заглохло. Сначала разработку признали чересчур дорогой, а где это видано, чтобы на обороне экономить? Хотя и не такая уж она дорогая была, там искусственно раздули всё. А потом и вовсе закрыли за ненадобностью.

— И я не удивлюсь, если все разработки сейчас в Англии, — заметил я. — Могли их англичанам передать?

— Ещё пару месяцев назад, я сказал бы, что нет. Но теперь я уже ничему не удивлюсь, — вздохнул Ярослав Данилович. — Я сам непосредственно не касался этих разработок и не курировал их, всё же проект был засекреченный, поэтому точно ничего сказать не могу. Хотя, скорее, нет. Гаврилов — главный разработчик, можно сказать, изобретатель этого оружия, очень уж не любит англичан и с самого начала отказывался с ними сотрудничать. Ходили слухи, что даже саботировал совместную работу.

— И правильно делал, судя по всему, — вставил я.

— Сейчас уже сложно сказать, что правильно, что нет, — вздохнул Румянцев. — Но всё прикрыли, а потом и завод закрыли. И как теперь выяснилось, Василия подставили.

— И вот прям ни с того ни с сего это всё началось? Весь бардак? — уточнил я. — Отец всегда хорошо отзывался о директоре. Да и сейчас не может поверить, что тот его так подставил.

— Да как зам этот новый пришёл, так почти сразу всё и началось, — махнул рукой собеседник.

Это было что-то новенькое, так что я навострил уши.

— Какой зам?

— Бобров, — пояснил бывший главный инженер. — Он буквально год назад пришёл, перевели с Омского машиностроительного. Вот он и начал все эти нововведения. Ладно, чего уж про завод этот разговаривать. Всё равно его уже не вернуть. Ты лучше скажи, я помочь Василию чем-то могу?

Я кивнул.

— Есть способ снять все обвинения, и тогда отца отпустят, — заявил я. — Нужно найти пропавшую бухгалтерию и платёжку. Директора и бухгалтера теперь вообще непонятно, где искать, а документы, доказывающие непричастность отца, исчезли вместе с ними.