— Но оставьте мне хоть немного денег! — взмолился нотариус.

— Я не верю, что у тебя больше нет.

— В Екатеринбурге нет, а заграницу надо ещё как-то добраться!

Я достал из сумки две пачки сторублёвых купюр и швырнул на стол.

— Этого за глаза, чтобы срочно уехать.

Можно было, конечно, вообще ничего не давать, но в моих интересах, чтобы Стрижов скрылся, и его покровители не узнали, кто приходил к нему в гости. С его признательным письмом на руках я был уверен, что нотариус не побежит к сибирякам, но если они его как-то поймают, то он расскажет им всё.

Стрижов взял деньги и положил в карман. А я поднял с пола ружьё и спросил:

— Где патроны к нему?

— В сейфе, — ответил нотариус.

— Открывай! — велел я. — И не вздумай опять какую-нибудь ерунду устроить!

— Убью! — добавил Влад, которому, видимо, надоело стоять молча.

Платон Платонович послушно открыл сейф и отошёл от него, искоса поглядывая на моего друга.

Я заглянул в сейф, там лежали три коробки с патронами. Две полные — по десять штук, одна начатая. Это ценное приобретение. Такие патроны очень редкие и безумно дорогие. И весьма эффективные — пуля даже не заметила моего укрепления. Безусловно, против них имелась какая-то защита, но я о ней не знал. А узнать стоило.

Ещё в сейфе лежали какие-то документы, я достал их все и, не глядя, сложил в сумку, где лежали бумаги, собранные нотариусом.

— Что вы делаете? — взволнованно спросил Стрижов.

— Хочу забрать с собой немного компромата, — спокойно ответил я. — Чтобы ты уж точно глупостей не наделал.

— Но вы даже знаете, что там!

— Разберусь, — отмахнулся я. — А если я не разберусь, то разберутся журналисты или прокурорские. Но учитывая, что ты собирался с этой сумкой бежать, там явно что-то интересное.

Стрижов сверкнул глазами, но ничего на это не сказал.

— Где у тебя стоит сервер, куда пишется информация с камер?

— Что? — удивлённо спросил нотариус.

А я невольно усмехнулся. Забавно вышло: слово из моей прошлой жизни, случайно слетевшее с языка, сильно удивило Платона Платоновича. Но какие на фиг сервера? До них тут как минимум ещё лет десять.

— Куда пишутся записи с камер наблюдения? — спросил я.

— На магнитофоны, — ответил нотариус.

— Где они?

— В подвале.

— Веди!

Мы снова пошли в подвал. Всю дорогу Стрижов оглядывался по сторонам, ужасаясь от того, во что превратился его дом. Но наружные стены мы не сломали, с улицы весь этот кошмар был незаметен. А для меня это было главным.

В подвале, в небольшой комнатке, которую я таки про себя назвал серверной, пять видеомагнитофонов писали информацию с камер. Пять. Значит, одну камеру мы где-то не заметили. Это хорошо, что сюда пришли.