— Здравствуйте, Арина Андреевна, — сказал я и опустился напротив потягивающей кофе Никитиной.

— Здравствуйте, — ответила она, сделав очередной глоток, после чего отставила чашку в сторону. — Я встретилась с вашим отцом. Мы хорошо поговорили.

— И как он? — уточнил я.

— Держится неплохо, — наклонив голову, ответила адвокат. — И как мне кажется, поверил в то, что мы можем победить.

Это были очень хорошие новости. Отцу нельзя волноваться. Каждый день пребывания в заключении, он рискует получить очередной приступ. Вряд ли там найдётся такой хороший целитель, как Настя.

— Спасибо, — поблагодарил я. — А у меня для вас тоже новости.

Открыв папку, я подтолкнул её к Арине Андреевне. Адвокат приподняла брови, как только увидела, что именно лежит внутри. Быстро полистав листы, она оторвала взгляд от бумаг.

— Это… Очень сильный аргумент в деле, — заявила она. — Где вы их достали?

— У нотариуса, который заверял их, — ответил я. — Как видите, подписи не совпадают, и это даже неспециалисту видно.

Никитина покачала головой, ещё раз просмотрев документы.

— Нотариус даст показания? — спросила она. — Одно это могло бы закрыть дело против вашего отца.

Я вздохнул. Вопрос был ожидаем, и именно ради этого момента я и поехал на почту.

— А вот с этим проблема, — признался я.

— Он боится? — предположила Никитина.

— Я просто не знаю, как его найти.

— Но он же как-то передал вам эти документы, — возразила Арина Андреевна.

— Он прислал их мне по почте, — пояснил я, вытаскивая из внутреннего кармана ещё документы. — Вот с этим письмом.

Признание нотариуса легло на стол, и адвокат принялась внимательно его читать. И чем дальше продвигался её взгляд по тексту, тем большее сомнение отображалось на лице Никитиной. Кажется, она догадалась, что письмо было написано не слишком-то добровольно.

— Точно по почте? — уточнила она, оторвавшись от чтения.

— Ага, я конверт сохранил.

— И какого числа вы их получили?

— Завтра, — ответил я.

Арина Андреевна усмехнулась, покачала головой, но критиковать меня не стала. Вместо этого, продолжила разговор по делу. Похоже, продажный нотариус не смог заслужить ни капли сочувствия Никитиной, сажавшей авторитетов за решётку.

— Будет сложно повлиять на ход дела этим письмом, — признала она.

— А суду очень важно, когда и при каких обстоятельствах мы получили эти документы? — уточнил я.

— Суду важно всё, но в первую очередь — чтобы документы были подлинные, — пояснила адвокат. — А с этим проблем нет. Но почтовый конверт сохраните.

— Сохраню, — пообещал я.

Никитина откинулась на спинку дивана, на котором сидела и, дотянувшись до чашки, сделала большой глоток.